Катя Колпинец о главной женской слабости — бижутерии, как продолжении детской веры в чудеса.

Один из главных людей в вашей жизни, Марк Цукерберг, сегодня разменял четвертый десяток. Катя Колпинец — о главной звезде без атрибутов звездности.

Катя Колпинец — за активный отдых на лоне природы! Шашлыки, костер и другие прелести, неведомые жителям центральных районов мегаполисов.

Катя Колпинец делится полезными советами, как не только сохранить лицо в интеллектуальном споре, но и засыпать оппонента цитатами из книг, которых ты никогда не читал.

Катя Колпинец вспоминает самые известные и воодушевляющие реалити-шоу, воспитавшие целое поколение неравнодушных россиян в начале 2000-х.

Катя Колпинец дезавуирует новую искренность и предлагает понять, почему Lorde получила Грэмми.

Катя Колпинец рассматривает guilty pleasure каждого нашего современника, у которого есть глаза и уши — неумелую, искусственную Лану дель Рей, с которой все равно никто не сравнится.

Катя Колпинец — о нефти и эмбиенте, из которых состоит русский Север.

Вы знали, что антикафе изобрели в России? Катя Колпинец демонстрирует уважение к деловой хватке держателей этих заведений и легкую жалость к их посетителям.

Катя Колпинец поминает священный предмет нашей молодости — пластиковую пивную бутылку, которая канет в Лету уже в следующем году.

Катя Колпинец противопоставляет мир юношеских мечтаний хостелов тяжелой реальности плацкарты, полной состоявшихся взрослых, которые смирно катят навстречу смерти.

Катя Колпинец ищет русскую жизнь в самом очевидном месте — в плацкартном вагоне, полном людей, не понимающих ценности планшета и не слыхавших об антикафе.

Катя Колпинец — о том, что тощим порой живется не менее тяжело, чем жирным. Покрепче ухватите вашу девушку за мягкую ляжку и будьте благодарны Господу за то, что у нее есть грудь.

Катя Колпинец с легкой брезгливостью препарирует орды геополитиков из твиттера, финансовых аналитиков из фейсбука и военных стратегов из ВК.

Катя Колпинец предлагает молодым семьям разбить вековую традицию фарса и показухи.

Happy birthday, sweet prince.

Ломбард как русская душа, вожделеющая нового, но при этом вечно тоскующая о прошлом. Катя Колпинец — о манящей прелести и пороке закладных заведений.

У прадедов был Байрон, у нас — Виктория Дайнеко. Катя Колпинец — об эволюции понятия «романтический».

Катя Колпинец — о причинах триумфа нон-фикшна и о том, почему литература, особенно русская, больше не способна научить нас жить.

Катя Колпинец препарирует хипстерские самоделки. Пластмассовый мир капитализма опять победил, сколько бы вы ни уверяли себя в обратном.