brains-2997147 думы Как писать хорошо. Ч. 1: Подкрадываемся к тексту

Помимо ярко выраженных познавательной, компенсационной и воспитательной функций журнал «Метрополь» несет в себе еще одну не менее важную функцию — образовательную. Мы хотим подарить нашим читателям из семей с низким уровнем дохода возможность получить все необходимые знания и навыки, которые помогут им стать всесторонне развитыми личностями, способными перевести мир в эпоху нового бытия и сознания. Сегодня мы начинаем обучение наших читателей искусству писать приличные тексты.

Прежде чем начать, честно ответьте на этот вопрос. Здорово, если действительно «для читателя», и благородная просветительская цель заставляет вас излагать максимально доступно для прописанной в медиаките целевой аудитории. А начинающие авторы зачастую метят в любимое издание, и тогда ответ будет «для редактора The New Yorker» или «чтобы Ашоту Арамовичу понравилось». На самом же деле единственный правильный ответ — вы пишете для себя. Это не означает попустительства в духе «обожаю все свои буквы», наоборот, профи редко бывает удовлетворен своими текстами.

Среди телевизионщиков бытует печальное выражение «пипл хавает». Оно значит, что ориентируясь на существующие вкусы аудитории, вы наверняка будете клепать удобоваримую халтуру, «среднюю температуру по больнице», и никогда не выработаете узнаваемый стиль. Узнаваемый стиль а) лучше продается и б) дает автору уверенность в себе и радость от процесса.

Где его точно нет, так это в материалах ближайших коллег по цеху. Муза не живет по ссылкам с комментариями вроде «крутую статью написал Петя, с которым мы сегодня выпьем беленькой в «Мастерской». Отечественные журналисты и копирайтеры не грешат такой практикой — они ею упиваются, но следуя за мотивом песенки «повара пекут друг другу торты», к совершенству в профессии не придешь. Пятерых гениев в вашем окружении оказаться не может чисто статистически, а учиться стоит только у лучших из лучших. Поэтому покиньте гнездо поэтов, которые «звонят лишь друг другу, обсуждая, насколько прекрасен наш круг» и обратитесь к настоящим писателям, сколь угодно старым и мертвым.

Зинсер ставит в пример американских авторов, но пишущим по-русски ближе свои. Доставайте с полки книги, которыми зачитывались в детстве, и заменяйте ими лайканье и срачи в соцсетях. Если Пришвин с Паустовским усыпляют, читайте Ильфа и Петрова. Татьяна Толстая вам в помощь, а также Вайль, Мариенгоф, Довлатов, Набоков, Сорокин и сотни других. Не можете преодолеть воспитанное школой отвращение к классикам — читайте современников, Шишкин, например, это такой маленький бледненький Набоков. Но учтите, словарный запас у писателей 19 века, не испорченных интернетом, был значительно богаче. Версия для современных и продвинутых — The New Yorker, Guardian, Times, Economist, вот это вот все. Подборка статей Пулитцеровских лауреатов. Да что там подборка — одна биография Пулитцера встряхнет любого медленно покрывающегося пылью веб-редактора.

Поздравляю, значит, скорее всего, вы не графоман. Только они с воплями восторга способны за час измарать потоком своего сознания десять страниц и утверждать, что получилось гениально. Рецепты преодоления творческого тупняка:

  1. Сформулируйте идею материала в одном предложении. Идея статьи — это одна свежая мысль, которая раньше не приходила читателю в голову и которая озарила его после прочтения вашего труда. Фактов и деталей может быть сколько угодно, но они вместе должны работать на одну финальную мысль. Если не знаете, что хотите сказать читателю, не начинайте с ним говорить.
  2. Определитесь с жанром и вашей ролью в тексте. Это портрет героя, репортаж, очерк, аналитическая статья, расследование, гайд, обзор, критика? Станете ли вы Вергилием в аду, который покажет читателю-Данте самые интересные места? Или текст будет стенд-апом, где тема оказывается сырьем для ваших остроумных выводов? Может, автора там вообще нет, и это мини-лекция о фактах. Или наоборот, ваши эмоции сыграют решающую роль, вы — шлем виртуальной реальности для читателя, его чувствительный аватар. Решите, от какого лица пойдет рассказ, от традиционного третьего (Моисеев прошептал), откровенного первого (я видела) или хемингуэевского второго (вы не представляете). Лучше осознанно определиться с координатами и двигаться по вехам, чем выложить все пережитое в файл и таращиться на него, пытаясь облечь ЭТО хоть в какой-то жанр.
  3. Набросайте план материала. Набрасывать план — это не высотку строить, в любой момент можно заменять элементы и играться с их последовательностью. Вначале это не план, а коробка с сокровищами (сырья нужно только, чтобы хватило на пять материалов). Высыпьте все, что у вас есть: прямая речь участников, оценки экспертов, ваше описание атмосферы на месте события, бэкграунд, цифры, аналоги события в реальности / литературе / кино, архивные документы, идеи по эпиграфу, метафорам, иллюстрациям. Когда есть общая идея материала и основная мысль каждого элемента, план быстро складывается в нужной последовательности — от неведения через факты к знанию, от безразличия через информацию и эмпатию к позиции, от скуки через развлечение к удовольствию.
  4. Не пытайтесь сразу родить чистовик. Строчите что приходит в голову, лишь бы начать. Как правило, автор приступает к сути в третьем-четвертом абзаце, и опытный редактор не дрогнув выбрасывает все эти «последние события вокруг N наводят на некоторые интересные размышления» и «когда я приехала в X, желающие пооткровенничать на больную тему нашлись не сразу, три дня я месила грязь, бродя по району, пока не встретила Y».
  5. Если кусок не дается, просто выбросьте его. Не стопорите процесс, усугубляя подступающее отчаяние. Как правило, ценность каждого слова в глазах автора преувеличена, и читатель может спокойно обойтись без половины вашего кровью сердца вычерченного контента.
  6. Если вы не гуманитарий и боитесь экрана с курсором, как черт ладана, просто запишите на диктофон свое объяснение предмета статьи приятелю-гуманитарию и отдайте на расшифровку. Так преодолевается заблуждение о том, что писать нужно иначе, чем говоришь.

Это слова Денниса Келли — британца, который до тридцати лет синячил и тянул лямку в супермаркетах, а в сорок придумал самый интересный европейский сериал 2013-го — Utopia на Channel 4. Пишущие люди условно делятся на два типа: одаренные лентяи и трудяжки, которым все дается не так легко. Причем вторые за счет упорного самосовершенствования часто перегоняют на писательской стезе первых, которые не привыкли особо себя утруждать. Для одаренного лентяя тяжело обращаться к тексту снова, шлифовать его, резать и дорисовывать, он забывает о материале сразу после сдачи. Отправка статьи на доработку для него — удар судьбы и повод подумать об увольнении.

Вся книга Зинсера — о том, что переписывать обязательно, и что если вы вознамерились стать известным уважаемым автором, лучше бы вам скорее полюбить этот процесс. Айн Рэнд писала ключевой монолог Джона Голта из «Атланта» два года (на весь роман ушло шесть). Михаил Булгаков работал над «Мастером и Маргаритой» 11 лет. Уже зная, что смертельно болен, он продолжал сочинять новые версии своего magnum opus, пытаясь сделать текст максимально ясным, точным и сильным. Мариам Петросян писала «Дом, в котором» восемнадцать лет. Даже если вы работаете в ежедневном СМИ и не можете себе позволить такой роскоши, поймите: все равно нет другого пути к вершине, кроме перехода количества в качество — количества прочитанных книг, количества просиженных над словарями часов, количества версий вашего файла. Только так достигается магия качественного текста. Ну или вы гений, тогда зря вы читали эту статью, вместо этого лучше бы прислали нам на inbox@mtrpl.ru шедевр, чтобы у нас глаза лопнули от зависти.