Киновед Антон Кораблев — о судьбе неувядающего секс-символа трех поколений, измочаленного жизнью, но триумфально вернувшегося Микки Рурка.

Катя Колпинец — о причинах триумфа нон-фикшна и о том, почему литература, особенно русская, больше не способна научить нас жить.

В Сочи началась Олимпиада и мы не можем допустить того, чтобы наши читатели оказались неподготовленными к ней.

Почему американцы злопамятнее испанцев, а русские так хорошо различают оттенки синего? Николай Кукушкин анализирует современные научные данные о влиянии языка на сознание.

Умница Коля Сулима смог найти прекрасное даже в таком персонаже российской трагикомедии, как Никита Михалков. Точнее, в его ранних фильмах, которые сняты будто бы в другом мире.

Гробовщик Антон Кораблев бает из склепа о великой русской традиции похорон. Мы живем красиво, мы живем роскошно, и умираем не хуже.

Завтра о них будут говорить все, а вы познакомитесь с ними уже сегодня. Искусствовед Кирилл Митрофанов начинает цикл статей о художниках, которые формируют лицо совриска на Западе, с авангардного фотографа Барбары Кастен.

Патриарх русского музыкального подполья Арсений Морозов — о детстве, лоу-фае, смыслах, которых нет, и заработках независимого музыканта.

Почему употребление марихуаны делает людей рассеянными и забывчивыми и как с этим бороться на государственном уровне — выясняли в The Guardian.

Репортер-подпольщик Данила Блюз — новый фигурант в нашем деле о Другой России. Отвратительный и притягательный Магнитогорск примет вас в любое время года, но никогда не отпустит.