san-0-5425565

Сан-Франциско стоит на холмах. Сверху город выглядит как окрошка без кваса: кто-то высыпал разноцветные домики на тарелку горочкой. Некоторые улицы настолько круты, что я боялся ездить по ним на велосипеде. Мне казалось, что если откажут тормоза, то я буду ехать по инерции до Аляски. Тем не менее, люди ежедневно паркуются на этих склонах, где лично я ходил бы в альпинистской обвязке с веревкой.

Парковка — местный вид спорта, что-то среднее между лотереей и гонками на выживание. Кружить по улицам в поисках места можно, пока не закончится бензин. Мой личный рекорд составил час пятнадцать. Я приехал послушать концерт; на беду, шоу проходило в центре города и во время гей-прайда. Мгновенным броском я занял место, на которое прицеливались пятеро девок-латино в SUV. Сперва они пытались давить мне на совесть и джентльменские качества. Поняв, что дело не выгорает, принялись обсуждать размеры моего члена и потенцию. Увлекшись, они сделали три круга вокруг и каждый раз останавливались, чтобы в пять голосов послать меня нахуй. Почему их так понесло? Потому что у них впереди были еще полтора часа бессмысленной езды вокруг Маркет-стрит. Я очень люблю Сан-Франциско и очень неоригинален в своей любви, но это один из городов, которые хорошо любить на расстоянии или туристом. Помогай вам бог, если вы решите здесь пожить как следует.

san-1-5292656

Москва может позволить себе вращать глазами, изображая негодование по поводу перенаселенности. При этом она строит одни Мытищи за другими, не прекращая охать. Сан-Франциско себе подобного позволить не может. Он лежит на небольшом полуострове, как пицца на деревянной лопате. Расти ему некуда. А института прописки в США, как вы понимаете, нет, и регистрация для работы не требуется, ею никого не напугаешь. Сперва сюда приехали доткомовские IT-продиджи. Потом подтянулась артистическая публика. Потом прибыли мексиканцы — обслуживать и первых и вторых. Иногда мне кажется, что при таком темпе прироста населения люди скоро начнут, как в фильме-катастрофе, падать в океан с краев Сан-Франциско, где их будут ждут акулы, зомби и медведи гризли.

Цены и спрос на жилье стали предметом горьких шуток. Объявление о сдаче комнаты собирает двести ответов в течение десяти минут. От безнаказанности местные домовладельцы стали походить на средневековых феодалов. Они не вкладывают ни копейки в ремонт и обновление инфраструктуры, до них невозможно дозвониться. Кажется, они просто делегируют свои полномочия кому-нибудь в Афганистане. Квартиросьемщик звонит туда, слушает несколько слов на пушту и потом сам чинит, латает и красит. В квартире могут отказать по любому поводу — если вы холосты или женаты, бензин подорожал, пришел муссон. Ушел муссон — и вы на улице.

san-2-2421256

Чтобы жить в Сан-Франциско, надо отчаянно мечтать жить здесь. Иначе вам просто не хватит терпения себя уговаривать. Мои друзья платят 1300 долларов в месяц за небольшую комнату. В их квартире живут еще двое, на четверых у них одна кухня и одна ванная. Я в Санта Круз плачу ровно вдвое дешевле. При этом люди, живущие где-нибудь в Северной Каролине, смотрят на нас всех как на слабоумных, потому что живут за пятьсот в трехкомнатной квартире с бассейном, гаражом и лакеем.

Один из бывших мэров догадался построить в самом центре города так называемое «социальное жилье», в политкорректного на человеческий — жилье для бедных. В первый раз проезжая там на велосипеде я решил, что попал в параллельную вселенную. Я миновал расфуфыренный Сити Холл, здание оперы с огромным гробом на крыше, в бантиках фонарей, и на следующем светофоре увидел полицейский форд Краун Виктория. Около него лицом вниз лежали двое черных в наручниках. Это было совершенно сюрреалистическое путешествие: кругом внезапно выросли грязные панельные дома, какие-то пустыри, обтянутые рабицей, лавки, торгующие бухлом. Мутные персонажи стояли по углам с пластиковыми стаканчиками для мелочи. Кто-то из братьев спал прямо на земле. Город полон бездомных. Местные власти традиционно мягки по отношению к ним, а ровный климат способствует. Если вы посмотрите на фото памятника Симону Боливару на площади Объединенных Наций, то увидите, что даже он попрошайничает, и весьма недвусмысленно. Но хватит о социальных изъянах. До Детройта Сан-Франциско все равно как до луны.

san-3-8978020

Сан-Франциско — город тысячи и одной забегаловки. Кафе и рестораны тут налеплены, как ласточкины гнезда. В ресторане монгольской кухни вам подадут фаршированную лошадиную ногу, в эфиопском кафе нет приборов, потому что все едят руками, помогая кусочками особого хлеба, похожего на поролон. Пару раз в год проводится фестиваль уличной кухни, под который перекрываются несколько кварталов. Там можно шляться три часа и ни разу не встретить одного и того же блюда.

Здесь варят кофе, которым можно лечить клинические депрессии. Бариста дает мне чашку, где пеной нарисована птица феникс. Отпиваю, и ко мне спускается Бог-Отец, он говорит: — Это что у тебя? — Мокка. — Из «Голубой Бутылки» что ли? Дай хлебнуть, не жмись!

И я бы дал, да потом еще припрутся сын его Иисус и Дух Святой, и каждому дай хлебнуть.