Цыганский район назвался у кимряков – «Табор». У кимрских и приезжих наркоманов – «Голливуд». «Табор»-«Голливуд» — это одна улица, Интернациональная. Она появилась (тут местные рассказывают разные истории) то ли в 1940-ых, когда молдавские цыгане вынуждены были уехать из Молдавской, разрушенной войной, социалистической своей республики и осели там, где вылезли из поезда – напротив вокзала; то ли в 1960-ых, когда цыгане по своей воле перебрались на новое место жительства. Они долго жили в сколоченных, собранных, слепленных из мусора, дефектных досок и овощных ящиков трущобах.

Второй этап экономического расцвета – торговля героином со второй половины 1990-ых. Вместо шалашей Интернациональную обстроили двухэтажными кирпичными коттеджами. От железнодорожной платформы к «Табору»-«Голливуду» протоптали множество извилистых тропинок – через гаражи, через кусты, в обход. Была прямая и кратчайшая дорога – но на ней периодически дежурили менты или местные «нормальные пацаны», старавшиеся по возможности «отжать» деньги и «чеки», героиновые дозы, у приезжих.

Более безопасный путь – ехать на своей машине. Но и машину с неместными номерами мог где-нибудь кто-нибудь остановить. Самый надежный способ: идти от электрички к припаркованным на вокзальной площади таксистам – они отвозили по адресу, разрешали «вмазаться» в своих машинах, не сдавали ни ментам, ни гопникам.

От «Табора»-«Голливуда», в противоположную от железной дороги сторону, за полем стояла и стоит избяная деревня Бурково.

Если я видел лежащего неподвижно в траве человека, отгонял своих коз подальше – рассказывали, будто умирающий от передозировки, обильно источает пот, пот – это соль, соль нравится козам, они стали бы вылизывать мертвеца). Мобильных телефонов не было. Пригнав стадо домой, сообщали старшим – старшие вызывали «скорую помощь». В зеленом поле стояла серая, с красными крестами на бортах «буханка»-УАЗ – грузили труп. Деревенские выходили посмотреть. Цыгане – никогда.

Сегодня «Табора»-«Голливуда» на Интернациональной больше нет. Остались заброшенные особняки – крыши провалились, двери выломаны, стекла выбиты. К началу «десятых» многих наркоторговцев посадили, их дети тоже начали умирать от передозировок. Цыгане снялись с насиженных мест – «Табор» ушел, «Голливуд» закончился.

То была история про Савелово, правобережную половину Кимр. Город надвое делит Волга. Левобережье состоит из трех частей: Центр, Заречье, Микрорайон. Это не административно-территориальное деление. Это деление исторически-территориальное. Самые старые, исторически интересные районы – Центр и Заречье – там деревянные дома в стиле модерн, из-за которых изредка, но все же приезжают в город туристы. Улица Орджоникидзе – самая насыщенная модерном. Одноэтажные, на каменном фундаменте столетние дома – пилястры, декорированные геометрическими орнаментами, по углам и вдоль фасадов, резные завитушки вокруг чердачных окон, башенки, деревянные шпили, резные колонны перед входными дверьми.

В Центре фрагментами сохранился каменный модерн. Правда, ничего особенного – подобного стиля здания сохранились почти во всех мало-мальски значимых городах и в Европейской России, и в Сибири. В одном из осколков каменного модерна, в доме, выстроенном братьями с фамилией Евреиновы, теперь клуб-дискотека «Магнит» — популярнейшее заведение местных «нормальных пацанов». «Нормальными пацанами» в своей среде называют себя гопники. Кимры – город (и это поверх померкнувшей наркославы и деревянного зодчества) гоповский. Исторически гоповский.

Он был со времен Петра Первого ориентирован на сапожный промысел. В Российской империи слово «сапожник» употреблялось в хулительном смысле. «Ругаться, как сапожник», «пить, как сапожник» — были устойчивыми выражениями негативного оттенка. Кимры называли даже «столицей сапожного царства». Здесь много пили, отчаянно и легко затевали драки, быстро пускали кровь (у настоящего сапожника с собой были нож с коротким лезвием или шило – промысловые инструменты), дальше острог, каторга. «Разборки», «стрелки», шансон в «девятке», кепки, четки в руках, спортивные штаны, меховые кепки – сапожники просто трансформировались в «нормальных пацанов», как XX век трансформировался XXI – немного сменился набор цифр.

И вот – клуб-дискотека «Магнит». Его обязательно надо посетить – после заброшенных цыганских особняков на Интернациональной, просмотра деревянных завитушек в Заречье, — чтобы проникнуться Кимрами. Накурено, перегарно, музыка какофонит, группки людей регулярно выходят на улицу – «побазарить», «разобраться», «перетереть», «ебнуть». Громкие, перекрикивающие музыку рассказы, кто и когда «откинулся с зоны». Синие наколки, которые не набивают в тату-салонах. И это одна из граней современной России – пишу банальность? Но это, правда, не вся Россия, лишь одна из граней – концентрировано выпирающая на берегах Волги. Чем чернее была ночь, тем больше оттенков после различаешь на рассвете.

Последняя станция самой долгой электрички от Савеловского вокзала. В советское время «блатная романтика» добавилась к сапожному буйству.

Чтобы очиститься от Кимр, надо проехать всего 12 километров – вверх по Волге. Будет город Дубна – один из эпицентров научной жизни в Московской области. Совершенно противоположный, параллельный, иной мир. В Дубне другие дома, другие улицы, другие люди, другие разговоры, музыка, отражения в зеркалах… но пусть о Дубне напишет кто-то другой.