s640x480-2129833
Таня Коэн: Егор, давай сегодня не будем говорить о политике. Давай докажем, что русский национализм может быть стильным, окей? Это больше не деревенские парни в грязных ботинках, совсем нет. Кто твой парикмахер?

Егор Просвирнин: Как и у всех в Москве — «Чоп-Чоп». Впрочем, с некоторых пор я начал ощущать себя в «Чоп-Чопе» пидоровато, и теперь стригусь у пропахших табаком и фастфудом теток из «Персоны», пытаясь во время стрижки завязать разговор. Националисты должны изучать свой народ. Хотя бы в парикмахерской.

— Что бы ты предпочел, собираясь на званый вечер — Engineered Garments, Maison Kitsune или, может быть, Lanvin?

— Thor Steiner — во-первых, чтобы выглядеть агрессивно и экзотично, привлекая к себе внимание, а во-вторых, потому что только у них есть налезающие на меня размеры. Чем больше ты весишь, тем проще выбор одежды. В конце пути остается лишь один критерий — налезет или нет. Хочешь потрогать мой животик? Это чистое русское сало, которое обессмысливает все вопросы о стиле.

— Вот утром ты просыпаешься, открываешь глаза, наверно, тянешься к кофеварке. Опиши мне свой мудборд, вещи, которые создают твое настроение на день.

— «Мудборд» — смешное и гадкое слово, особенно в языке, где есть «мудя». Настроение мне создает чтение новостной ленты и прокрутка в голове информационных поводов, это первое, что я делаю, проснувшись. Хотя нет, первое, что я делаю — это вырубаю будильник с «ай-люли, ай-люли» звонком из Liberty City The Invasion. На гопническом, с характерным смешком «Физкультпривет, Либерти Сити!» я окончательно просыпаюсь и думаю о том, у кого бы отжать мобилу. День начался!

— Какую музыку ты слушаешь? Любишь петь в ванной?

— У меня широкий вкус, от Venetian Snares и Мэрилина Мэнсона до Бетховена (под 9-ую симфонию хорошо заниматься любовью, она придает налет возвышенного благородства животному акту похоти) и Buck 65. Но чаще всего я слушаю классический и инди-рок, особенно тяжелый психоделик техасской школы типа Black Angels. Young Men Dead — великий трек, пульсирующий и мрачный, как та черная жила, из которой мы всей страной сосем нефтяную кровь.

— Если бы ты попал на необитаемый остров, где целый месяц пришлось бы носить одну и ту же одежду, что бы это было? В чем ты чувствуешь себя лучше всего?

— Я предпочитаю ходить голым и полностью голый даже сейчас. Вспоминаю твои приватные фотографии из фейсбука и облизываю пересохшие губы.

— Какой твой любимый парфюм? Что тебе в нем нравится?

— Baldessarini Del Mar, мне нравится его аромат усталой мужественности. Так должен пахнуть капитан немецкой подводной лодки, только что вернувшийся из удачного рейда на полярные конвои союзников по пути в Мурманск.

tumblr_m7wz9a1s6i1qa78hco1_500-6730806

— Что заставляет тебя улыбаться и что, наоборот вызывает желание плакать?

— Меня заставляют улыбаться массовые беспорядки. Нет, серьезно, когда Москва волнуется, когда Москва кипит, я буквально чувствую, как мое тело наполняется ледяной энергией. Хочется смеяться, хочется хватать первую встречную за руки и крутиться, крутиться с ней в танце. Прошлогодняя протестная зима… давно я так хорошо не чувствовал. А плакать меня заставляют… я давно уже не плакал. У меня не осталось слез.

— Твой дом мечты — какой он? Ближе к Нимейеру или к избе?

— К огромной квартире в центре города, что-то вроде той, где живет главный герой The Newsroom. Минимализм, холодные тона, много пространства, много стекла и стали. Стекло и сталь — это всё, что мне нужно.

— Как нужно выглядеть, чтобы заставить тебя обернуться на улице?

— Как живое воплощение надменной и величественной «северной красоты». Все эти девочки-хипстеры в уродливых разноцветных колготках и ироничных футболках — они омерзительны. Жизнь не повод для иронии, жизнь —серьезная штука, слишком серьезная, чтобы продираться сквозь нее в маечке с фразой-отсылкой к полузабытому сериалу из 80-ых. Многие боятся жизни, боятся настолько, что даже не могут одеться серьезно для жизни. Поэтому надменное и величественное, застывшее серьезное лицо (в сочетании с большими сиськами) — это то, что заставляет оборачиваться.

— Отлично, и напоследок вопрос не праздный, хоть и не совсем по теме. А давай на минутку представим, что ты — Николай Иванович Ежов. Кого из медийных персонажей ты бы расстрелял в первую очередь?

— У Ежова рост был 151 сантиметр, если мне не изменяет память. Проснувшись Ежовым, я бы первым делом свернулся в позу эмбриона и прорыдал весь день. Затем и правда кого-нибудь решил бы расстрелять, но так как все окружающие выше меня, то я бы оказался в петле саморефлексии («Ты хочешь его расстрелять, потому что он просто выше тебя… — Но… — Не спорь, кого ты обманываешь, ты хочешь лишить человека жизни из-за банальной зависти, рационализируя эту зависть вымышленными обвинениями. — Но… — Тогда уж не скрывайся и просто объяви всех выше 150 см вне закона, чего комедию ломать!»), из которой выбрался бы, потребовав расстрелять карликов. Да, я карлик, но я могу расстреливать карликов, потому что я им не завидую! У нас есть медийные персонажи-карлики? Кончилось ваше время, гады!