148-2399013

Вы получили это тело во временное пользование, оно, несомненно, одноразовое, раз мы не способны к регенерации. Какая разница пластиковой посуде — выбросят ее на свалку или сожгут в печи? Она будет возражать? Ах, это Бог против того, чтобы тарелку сожгли? Ну, с появлением в обсуждении бородатого чувака дискуссию можно прекращать в связи с ее полным бесплодием.

Я лично предпочитаю кремацию — заранее прошу прощения у опарышей и нематодов, которые из-за моего каприза лишатся законного источника питания.

Да кремируйте меня хотя бы для того, чтобы близким пришлось иметь поменьше дел с комбинатами спецуслуг — юдолями пошлости и китча на грани черного юмора. У всех этих веселых копателей могил, уверен, отношение к смерти куда более здоровое, чем у нас, — просто потому, что видят ее на ежедневной основе и давно лишились нелепого пиетета. Так оно и должно быть, я считаю.

240-6212213

Определенно, весь ритуал подлежит пересмотру. Дешевые гробы, отделанные пластиком, гремучие пазики. Вся эта эстетика, прямиком из поэзии Бориса Рыжего: мятые духовые, бухие оркестранты, поминочные спецкафе и военный караул от военкомата Гагаринского района — вся она обречена на забвение, и чем скорее, тем лучше.

Как-то раз я провел полчаса на сайте минского КУП «Спецкомбинат КБО»  (что бы это ни значило) — и обнаружил очень много милых вещей. Там, например, есть круглосуточный номер (рука сразу потянулась к телефону), а также ссылка на ведомственный журнал «Некрополь» — клянусь, это не шутка! Архив журнала можно скачать в PDF, а материалы озаглавлены так: «Жизнь диктует обновления», «Многогранно и капитально», а также «Мы — за цивилизованную конкуренцию».

Конкуренция среди гробовщиков, оказывается, со времен мастера Безенчука никуда не делась, туды ее в качель. Веселого просмотра, не обвалите им сайт.

Ясное дело, никто не станет спрашивать покойника, как он хочет быть захороненным, поэтому четкие указания следует давать уже сейчас, если не дурак.

Владимир Высоцкий — самый наглядный и устрашающий пример того, что случается, когда чья-то память попадает в руки идиотов. Знать бы, кто изуродует твой надгробный памятник, чтобы ввалить ему пиздюлей, пока жив! Мои похороны будут проходить иначе: никаких открытых гробов и любования гримированным кадавром, обойдемся без этого.

338-4793365

А как насчет донорства органов? Давайте не жалеть своих почек, которыми больше никогда не воспользуемся. Или кто-то вправду верит, что за сверкающей дверью в небытие ангелы проведут его телу дефибрилляцию, вернут его к жизни — а печени-то и нет? Какое разочарование!

Доисторическая дикость и мрак.

А вот еще идея: непременно умереть в России (Беларуси, лишь бы не на чужбине, в краю берез и осин и т. п.). География имеет значение. Место, в котором зароют мертвый набор клеток, бывший когда-то некоей личностью, для многих принципиальный момент. Я безнадежно пытаюсь постичь мотивацию: человек, который умер вдали от родины, теряет права на эту родину? То есть, умри я в Штатах, я стану менее белорусом?

436-9239693

Или так было завещано нашими пращурами? Но дело в том, что они также верили в то, что грозу устраивает Перун, а пророк Илия понесся по небу в огненной колеснице, и если бы мы продолжали в том же духе, то, наверняка, по сей день отгоняли бы чуму при помощи ряженых.

533-6767291 

Это следует запомнить и повторять про себя каждый раз, когда вам захочется написать какую-нибудь несусветную чушь или впасть в пошлость.

Не буду решать за других, но праздник дурновкусия хуже, чем сетевые поминки, придумать трудно. Эти бесконечные недособолезнования, картинки со свечами, комментарии в виде точек, как будто автора подвергли лоботомии. Оторвите задницу от стула, позвоните, придите на похороны, если география позволяет. Деликатное молчание — и то лучше. Что угодно, только не джипеги с горящими свечками в ладонях.

631-8910307

Я уверен, например, что Валерию Новодворскую при жизни искренне любило человек десять — и я не боюсь оказаться пессимистичным в своих оценках. Остальные, включая меня, смотрели на нее как на фрика, Дон Кихота в белом пальто. Именно поэтому так тягостно было читать фейсбучные посмертные славословия. У Валерии Ильиничны откуда ни возьмись появились сотни поклонников, которые годами ждали шанса выказать ей свои восторги.

Будем откровенны. Мысленно пересчитайте людей, которым действительно не все равно, живы вы или нет. Глубоко и искренне.

727-3824946

Давайте подсчитаем. Примерно такое же количество людей согласится делать это и для вас.

Лично меня пугает не столько смерть, сколько перспектива стать обузой для других. Так же, убежден, решила и моя мама, когда умерла, не дождавшись, пока я долечу из Калифорнии. Что ж, каких-то прав у нас никто не в силах отнять, и не надо заколачивать друг другу баки по поводу христианских норм и традиций, нести всю эту помойную чушь. Доктор Кеворкян — мой личный герой, боровшийся за право человека на эвтаназию тогда, когда об этом никто и слышать не хотел, именно его стараниями (в том числе) сам вопрос вырос из казуса в проблему, требующую рассмотрения в глобальном масштабе.

824-7635028

Кто? Да те самые пресловутые «институты»: государство, церковь. Мы нужны им живыми, чтобы было на ком паразитировать. Они согласны на нашу смерть лишь в случае, если мы умираем за их кровные интересы, — тогда мы достойны похвалы, а любые другие способы должны быть строго табуированы.

Мне лично понятно, почему люди кончают с собой. Вне зависимости от обстоятельств и причин, это случается не вдруг, решение принимается не в один день и является вполне осознанным актом. Поэтому те, из зрительного зала, кто начинают после самоубийства бегать вокруг с криками: «Как же так! Безвременно-безвременно! Мог бы еще жить и жить!» — не вызывают ничего, кроме раздражения. Со стопроцентной уверенностью можно сказать, что они либо не были знакомы с покойником, либо знали парадную сторону его биографии (как обычно бывает, когда уходят из жизни популярные личности), а чаще всего просто желают привлечь внимание к собственной персоне.

Смерть — лучший медиа-повод. Те же, кто с самоубийцей жили, никогда не питают иллюзий по поводу окончания его пути и лишь ждут, когда это произойдет. Они-то как раз помалкивают. Не побоюсь сказать, некоторые облегченно вздыхают. Человек может умирать годами, а жизнь с умирающим не сахар: даже если выглядит здоровым, он создает вокруг себя определенную атмосферу. Уверен, вы с такими сталкивались.

Что ж, трезво размышляя над бравадой, которую я здесь демонстрирую, не могу пока достаточно твердо обещать себе, что не стану дрожать и грызть заусенцы от ужаса, осознавая факт собственной смертности, с которым придется однажды столкнуться. Физически здоровому человеку такие размышления вообще не свойственны, раньше времени начинать не хочется, а других способов проверить себя пока не придумано. Начну присматривать место, что ли.