Хотим напомнить, что 2014 год — это не только год Твин Пикса, но и значимая дата для поклонников группы Nirvana, некогда ставшей пионером гранжа. 20 лет прошло с тех пор, как Курт Кобейн отправился покорять небеса, а нас до сих пор каждый год подкармливают неизданными песнями, текстами и фотографиями. Но этот год действительно особенный, ведь скоро на экраны выйдет художественный фильм «Soaked In Bleach» режиссера Бенджамина Стейтлера — о последних днях героя нации. Сейчас фильм находится на стадии постпродакшна, и совсем скоро мы узнаем дату релиза, но уже сегодня можно сказать определенно — мы увидим иную версию событий, потому что фильм основан на «деле Тома Гранта», частного детектива из Лос-Анджелеса, нанятого Кортни Лав, и одного из самых известных сторонников версии об убийстве Курта Кобейна. Поклонникам теорий заговоров предлагаем запастись поп-корном, а сообществу «Who killed Kurt Cobain?» выражаем благодарность за перевод и подробный фактаж событий, основанный на материалах Тома Гранта — мы решили не ждать премьеры и самим покопаться в том, что сумел нарыть этот самый Том.

30 марта 1994 года Курт Кобейн прилетел в Лос-Анджелес, чтобы пройти 28-дневный курс лечения от наркозависимости в Exodus Recovery Center. В аэропорту его встретили Пэт Смир (второй гитарист Nirvana в период с 1993 по 1994 год) и Майкл Майзел (из Gold Mountain Entertainment, управляющей компании Nirvana) и тем же вечером доставили его в клинику.

На следующее утро, 31 марта, он посетил сеанс индивидуальной терапии с консультантом Ниалом Стимсоном, который впоследствии вспоминал, что Курт «совершенно не допускал и мысли о том, что у него проблемы с героином». Днем его навестили Джекки Фэрри (сводная сестра Кортни Лав) и полуторагодовалая дочь Фрэнсис Бин. Курт играл с Фрэнсис, а общаясь с Фэрри, завел разговор о споре с Кортни по поводу фестиваля Lollapalooza, который был учрежден Перри Фаррелом в 1991 году для прощального тура его группы Jane’s Addiction. Nirvana была приглашена выступить летом в качестве хедлайнера, но Курт отклонил предложение организаторов, сославшись на то, что «фестиваль носит корпоративный характер». Выступление сулило приличный куш, и отказ Курта от денег послужил почвой для новых скандалов с Кортни Лав, как зверь жадной до денег.

1 апреля. Джекки и Фрэнсис Бин вновь навестили Курта в больнице. Джекки вспоминает, что Курт выглядел удивительно отдохнувшим: «Он был в таком невероятно счастливом настроении». Он играл с дочерью почти час, подбрасывая ее в воздух и заставляя хихикать.

После того, как посетители уехали, Курт вышел во двор покурить и встретил Гибби Хэйнса из Butthole Surfers, который тоже проходил лечение в Exodus. Он рассказал ему об одном из общих друзей, который недавно сбежал из центра, перепрыгнув через стену заднего двора. Оба посмеялись над этой историей, потому что Exodus не был учреждением со строгой дисциплиной и изоляцией — при желании можно было в любое время покинуть стены лечебного заведения.

Позднее вечером, в 19:25, Курт сказал медсестре, что выйдет во двор покурить, на этот раз один. И только спустя час сотрудники заметили его отсутствие. Он перелез через ту самую стену во внутреннем дворе реабилитационного центра, по поводу которой они с Гибби шутили ранее.

Через час он позвонил в Delta Airlines и заказал билет стоимостью $478 на авиарейс 788 из Лос-Анджелеса в Сиэтл, на 22:20. В 21:30 он уже был в аэропорту — многие узнали его при регистрации на рейс: он любезно болтал и раздавал автографы всем желающим. Перед посадкой в самолет Курт позвонил в свой автосервис «Сиэтлские Лимузины», чтобы заказать такси, он сообщил диспетчеру, что самолет прибудет в аэропорт Сиэтла (2 апреля) в 00:47. Во время двухчасового полета Курт сидел рядом с Даффом МакКаганом, басистом Guns N’ Roses, и сказал ему, что уехал из реабилитационного центра и «едет домой». МакКаган позже скажет, что Курт держался дружелюбно, но неладное он почуял сразу.

Как было установлено позже Томом Грантом, покупка билета на самолет в Сиэтл, была не единственным приобретением Курта — в тот же день он воспользовался своей кредитной картой, чтобы купить два других билета на самолет United Airlines, которые из-за его смерти так и остались неиспользованными.

Загадочный попутчик Курта также установлен, но этот человек отказывается говорить, пока дело о смерти Курта Кобейна не будет открыто заново.

2 апреля. Около 1:30 ночи Курт прибыл к своему особняку на Лэйк Вашингтон. Пока Курт и Кортни были в Лос-Анджелесе, единственным обитателем дома был Майкл «Кали» ДеВитт (няня Фрэнсис Бин), который постоянно жил с семьей Курта с 1992 года. «Кали» был в доме не один: он пригласил к себе подругу, Джессику Хоппер. Курт вошел в комнату и сел в ногах их кровати. Проснувшись и увидев Курта, они тотчас же стали убеждать его позвонить Кортни, потому что «она волнуется». «Кали» впоследствии утверждал, что «Курт тут же бросился к телефону и стал звонить Кортни в Peninsula (пятизвездочный отель в Беверли Хиллс, где в то время остановилась Кортни), но не мог дозвониться в ее номер». Год спустя Кортни рассказала немного другую историю в интервью журналу Spin, утверждая, что Курт безуспешно пытался дозвониться до нее в 08:54 утра:

Трогательная история. Но когда журналист из Spin и впоследствии Том Грант, связались с отелем Peninsula, администрация отрицала, что этот инцидент имел место быть. Персонал утверждал, что никаких несостоявшихся звонков в номер Кортни тем утром не поступало, и вообще — Кортни не оставляла никаких инструкций о том, что если позвонит Курт, ее должны соединять с ним. В отеле регистрируется каждый входящий и исходящий звонок и эти отчеты дают ясную картину того, что случилось дальше.

Сразу после 7:00 утра Курт заказал по телефону такси, которое заехало за ним пятнадцать минут спустя. Джессика и «Кали» утверждают, что больше они никогда его не видели. Позже в тот день, согласно отчетам отеля, Кортни сделала восемь междугородных звонков на личный номер «Кали» в дом Кобейнов на Лэйк Вашингтон в Сиэтле, некоторые из них длились несколько минут. Однако когда на следующий день, 3 апреля, она наняла Тома Гранта, чтобы разыскать своего «пропавшего» мужа, Кортни необъяснимым образом забыла, что днем раньше Курта видели дома.

Местонахождение Курта Кобейна, начиная с момента, когда «Кали» видел его в доме 2 апреля, и до обнаружения его тела 8 апреля — тайна, покрытая мраком. Существует огромное количество баек, что Курта видели то там, то здесь, но нет ни одного подтверждения, что его видели после 3 апреля.

Тем временем, в лос-анджелесский офис Тома Гранта раздается телефонный звонок. Звонит женщина, ищущая детектива, чтобы выяснить, кто пользуется кредитной карточкой ее мужа. Она не представляется, но спрашивает Гранта, может ли он встретиться с ней в ее номере в отеле Peninsula. «Мы в некотором роде знамениты», — добавляет она. Спустя час Грант со своим напарником Беном Клагманом приезжают в отель, и сразу же узнают женщину, которая встречает их у дверей. «Если вы расскажете это прессе, я вас, блин, по судам затаскаю», — предупреждает она.

Кортни сообщает Гранту и Клагману, что ее муж — Курт Кобейн, два дня назад сбежал из реабилитационного центра в Лос-Анджелесе, и с тех пор его никто не видел. Пытаясь ограничить передвижения Курта, она аннулировала его кредитную карту, заявив, что она украдена. Чтобы помочь определить местонахождение своего мужа, она хочет, чтобы Грант позвонил в компанию, предоставляющую товары по кредитной карте, и получил список всех сделок, сделанных по этой карте до того, как она была аннулирована. Грант сообщает ей, что для этого ей не нужен детектив, и она сама может это сделать. Кортни говорит им, что у Курта только одна кредитка, и без нее у него нет никакого доступа к деньгам, так как она также аннулировала все его банковские кредитные карты. Когда Грант спрашивает, может ли Курт получить средства из других источников, например, у друзей, она отвечает, что Курт «совершенно беспомощен и у него нет друзей, этот парень не может сам даже поймать такси». Потом Кортни говорит Гранту и Клагману, что думает, что ее муж может покончить с собой. Он купил винтовку, и она боится, что он планирует ею воспользоваться:

Грант и Клагман возвращаются в офис, чтобы оформить договор, а когда чуть позже днем Грант возвращается в отель, он обнаруживает Кортни в ярости — она последовала его совету и сама позвонила в компанию, предоставляющую товары по кредитной карте. Она узнала, что Курт заказал билет на самолет, по которому он улетал из Лос-Анджелеса в Сиэтл, а также еще два других билета. Компания не смогла установить дату рейса или пункт назначения этих двух билетов, только сумму, которую он заплатил. Кортни предполагает, что Курт мог поехать погостить у своего друга Майкла Стайпа (вокалист R.E.M.). Мол, Стайп пригласил Курта записаться с его группой еще в марте и даже послал тогда билет, которым Курт так и не воспользовался.

«Я не знаю, где он, черт возьми… Я хочу знать, куда он делся… Думаю, что Курт хочет развода. И если он хочет развода, прекрасно. Если мы будем разводиться, и дело дойдет до борьбы за опеку, я в тот же миг одержу победу. На мое имя записаны все наши дома и все наши средства. Без этого я не хочу развода».

Грант спрашивает, есть ли у Курта какие-нибудь любимые места в Сиэтле, где он мог бы скрываться. Она рассказывает ему, что он любит останавливаться в захудалом мотеле на Аврора-авеню, но не слова не говорит о том, что Курта видели днем ранее дома в Сиэтле.

Утро 4 апреля началось с телефонного разговора Кортни Лав и Тома Гранта — она рассказывает Гранту о своих недавних ссорах с Куртом из-за его отказа от участия в туре в рамках фестиваля Lollapalooza. Она объясняет, что Нирване предложили процент от кассового сбора, который мог бы принести группе миллионы долларов, и жалуется на финансовые последствия решения Курта. Закончив критиковать мужа, Кортни принимается за других участников группы, которые, по ее мнению, получают слишком много денег. Она отзывается о Дэйве Гроле и Кристе Новоселиче как о «полных неудачниках», которые прилично заработали на песнях, в которых не написали ни единой ноты.

Кроме того, Кортни говорит, что звонила в полицейское управление Сиэтла, притворившись матерью Курта, и сообщила о пропаже человека: «Меня не восприняли бы всерьез, если бы я сделала заявление от своего имени». Данное сообщение в полицию, сделанное 4 апреля от имени Венди О`Коннор (матери Курта), гласит: «Мистер Кобейн сбежал из калифорнийской клиники и самолетом вернулся в Сиэтл. Он также купил винтовку и, возможно, хочет покончить с собой. Мистер Кобейн может быть там, где можно достать наркотики. Дополнительная информация у Детектива Терри из Полицейского Управления Сиэтла/Отдела по борьбе с наркотиками».

Позже Том Грант скажет: «Заметьте, как она заблаговременно вбила в головы полицейских мысль о том, что он намерен покончить с собой».

5 апреля. Том Грант все еще находится в Лос-Анджелесе. По поручению Кортни Лав, он обзванивает отели Сиэтла, чтобы установить, останавливался ли там кто-нибудь под одним из псевдонимов Курта Кобейна, включая Саймон Ричи (настоящее имя Сида Вишеза). В 14:50, Грант решает, что нашел его — в Western Evergreen некто зарегистрировался под именем Билл Бейли, одним из псевдонимов Курта. Он предлагает проверить это, но Кортни говорит, чтобы он не беспокоился. Она сама позаботится об этом.

«Немного позже она сказала мне, что звонила в тот номер, и оказалось, что тот, кто там остановился, был не Курт, — вспоминает Грант. — Тогда у меня не было никаких причин сомневаться в ее словах».

К этому времени он заключил договор субподряда с сиэтлским частным детективом по имени Эрни Барт, чтобы установить наблюдение за квартирой Кейтлин Мур (знакомая Курта, которая, как подозревала Кортни, была любовницей Курта). Но когда он спрашивает Кортни, почему она не потребовала наблюдать за домом, она отвечает: «Там «Кали». Он сообщит мне, если Курт объявится».

И все же «Кали» там уже не было. «Впоследствии мы узнали, что после понедельника (4 апреля) «Кали» оставил дом, — вспоминает Грант. — После этого он остановился у еще одной своей подруги по имени Дженнифер Адамсон. И Кортни было об этом известно, потому что, когда мы получили отчеты о ее телефонных переговорах, то они показали, что в течение недели она заказывала несколько телефонных разговоров с «Кали» в квартиру Дженнифер. Поэтому она знала, что Курт, возможно, снова объявится дома, знала, что «Кали» там больше не живет, и, тем не менее, она не позволила нам установить там наблюдение. В этом нет никакой логики».

Поэтому любой, кто заявляет, что видел его после 7:30 утра понедельника либо сознательно врет, либо выдумывает, чтобы стать частью легенды. Большая часть информации об этих «свидетелях» была преднамеренно сфабрикована для прессы, в чем мы дальше и убедимся.

6 апреля. Спустя три дня после того, как Кортни наняла Тома Гранта, чтобы найти своего мужа, Грант все еще не добился никаких результатов, как и сиэтлский частный детектив.

Он предлагает лететь в Сиэтл, чтобы вести поиск самостоятельно и Кортни дает добро. В это время в номере находятся трое ее друзей, одна из них — Дженнифер Шэнк, спрашивает, почему Кортни не едет сама. Кортни отвечает: «Я не могу. Здесь у меня есть одно дело». Когда он скрывается за дверью, Кортни кричит ему вслед: «Спасай американского идола, Том!»

Грант прибывает в Сиэтл, берет напрокат машину и направляется в квартиру друга Курта, Дилана Карлсона, который вызвался помочь в поисках. Оба планируют поехать в особняк Курта на Лэйк Вашингтон, но сперва делают остановку в кафе. Там Дилан говорит Гранту, что они с Куртом купили винтовку не так давно. Курт хотел, чтобы оружие было зарегистрировано на имя Дилана, объясняет он, потому что полиция конфисковала все его оружие несколькими неделями ранее после семейной ссоры супругов: «Он боялся незваных гостей и хотел, чтобы у него было оружие для защиты, когда он вернулся из реабилитационного центра. Я думаю, что недавно в доме была совершена кража со взломом или что-то вроде этого.

Вспомнив предупреждение Кортни, Грант спрашивает Дилана, думает ли он, что Курт может покончить с собой, на что Дилан ответил: «Нет. Ничего подобного. Он находится под большим давлением, но он справляется неплохо». Он также признает, что у Курта и Кортни в последнее время были «неприятности», а потом говорит: «Не знаю, почему Курт на ней женился».

Они отправляются в сиэтлскую квартиру Кейтлин Мур в районе Капитолийского холма, где на противоположной стороне улицы частный детектив Эрни Барт дежурит в своей машине. Грант представляется и спрашивает, есть ли у Барта какие-нибудь зацепки, но за последние сорок восемь часов не было никаких следов Курта. Грант спрашивает Дилана, стоит ли связываться с матерью Курта в Абердине, но Дилан отклоняет эту идею: «Нет, Курт не поедет туда. Он не ладит со своей матерью».

Напоминаем, что приведенные выше цитаты Кортни Лав и Дилана Карлсона взяты не из воспоминаний Гранта, а из его аудиозаписей, которые он делал негласно при всех беседах в рамках этого дела.

2:00 ночи, идет сильный дождь, Том и Дилан останавливаются у дома на Лэйк Вашингтон. Планировалось, что Дилан подойдет к двери один, чтобы не встревожить Курта присутствием Гранта. Пять минут спустя он возвращается к машине. Никто не ответил, но сработала сигнализация. Грант просит Дилана позвонить Кортни и спросить ее, как войти. Проведя несколько минут в ближайшем телефоне-автомате, Дилан возвращается к машине и сообщает: «Кортни звонит в компанию, установившую сигнализацию, чтобы они отключили систему. С этим не будет проблем». Несколько минут спустя они возвращаются к дому и залезают внутрь через открытое окно кухни. Они обыскивают весь дом, но не находят никаких следов Курта или кого-нибудь другого. Дилан говорит: «Я раньше никогда не видел этот дом таким чистым».

Впоследствии СМИ насмехались над детективными навыками Гранта, после того, как он не смог найти тело Курта. Почему опытный сыщик не проверил оранжерею, поясняет сам Грант: «Дело в том, что я не знал о существовании оранжереи. Той ночью шел сильный дождь, гараж был освещен прожектором, и в таких условиях было невозможно увидеть, что там наверху была комната». Тем не менее, в декабре 1995 года канадские журналисты Макс Уоллес и Ян Гальперин, во время работы над книгой «Кто убил Курта Кобейна», осмотрели дом ночью при схожих погодных условиях и так же убедились, что при дождливой погоде комната-оранжерея была действительно невидима.

7 апреля. К Гранту и Карлсону присоединяется Марк Ланеган (вокалист Screaming Trees), чтобы помочь в поисках. Марк и Дилон решают нанести визит Кейтлин Мур (знакомой Курта и заодно одной из самых известных дилеров в Сиэтле), чтобы разжиться героином. Грант вручает Дилану микрокассетный плейер, чтобы тайно сделать запись визита. Спустя сорок пять минут двое возвращаются с дозой и новостями: Кейтлин не видела Курта целую неделю.

Тем временем Эрни Барт, сиэтлский частный детектив, берет на себя ответственность и едет к дому Курта, чтобы установить там наблюдение. Когда Кортни узнает об этом от Гранта, она приходит в ярость и немедленно приказывает ему отозвать Барта от дома.

Около 20:00 Грант и Карлсон отправляются на Аврора-авеню, чтобы проверить некоторые из захудалых гостиниц, в которых Курт часто бывал. По дороге они останавливаются у телефона-автомата, чтобы Дилан мог позвонить. Вернувшись в машину, он говорит Гранту: «У Кортни какие-то неприятности. Ее арестовали, и она была в больнице. Что-то по поводу наркотиков. Мне надо сделать еще несколько звонков».

Спустя полтора часа им удается связаться с Кортни. Она говорит, что прекрасно себя чувствует, а этот арест — большая ошибка. И просит снова наведаться в их дом, чтобы проверить тайный отсек в кладовой, где Курт может хранить винтовку, которую Дилан купил неделей ранее.

Том Грант: «Это было действительно странно, ведь «Кали» ранее был в доме. Я удивился, почему она тогда не попросила его поискать оружие, или почему она не сказала нам об этом, когда мы приходили в дом прошлым вечером. И вдруг она приказала нам немедленно возвращаться без достаточно серьезного основания».

Около 22:00 Грант и Карлсон возвращаются к дому на Лэйк Вашингтон, чтобы выполнить указания Кортни. Войдя, они сразу же видят записку на видном месте на парадной лестнице. Прошлым вечером ее там не было. По-видимому, написанная «Кали», она гласила: «Курт. Я не могу поверить, что тебе удалось находиться в этом доме так, чтобы я не заметил. Ты — чертов придурок, потому что не позвонил Кортни и хотя бы дал ей знать, что с тобой все в порядке. Ей очень больно, Курт, и этим утром у нее был очередной «несчастный случай», и теперь она опять в больнице. Она — твоя жена, она любит тебя, и у вас есть ребенок. Возьми себя в руки, чтобы хотя бы сказать ей, что с тобой все в порядке, или она умрет. Это нечестно, чувак. СДЕЛАЙ что-нибудь сейчас».

Для Гранта эта записка вообще не имела никакого смысла. Если «Кали» видел доказательства того, что Курт вернулся в дом, он обязательно сообщил об этом Кортни. Однако Кортни об этом ни словом не обмолвилась и не просила наблюдать за домом, чтобы проследить за передвижениями Курта. «Я убежден, что записка была помещена там для меня, чтобы я ее нашел в тот вечер, — вспоминает Грант. — Вот почему Кортни так сильно хотела, чтобы мы вернулись в дом».

8 апреля. Рано утром Том Грант и Дилан Карлсон, едут на поиски Курта в Карнейшн (где находится его загородный дом). По пути на бензоколонке Дилан звонит из телефона-автомата. Он возвращается к машине несколько минут спустя. И говорит, что в доме на Лэйк Вашингтон было найдено тело. Грант включает радио, а там уже передают специальный выпуск новостей о смерти Курта.

Грант: «Подожди-ка. Мы же там были. Что это за оранжерея?»

Карлсон: «Это просто грязная маленькая комната над гаражом. Я думаю, там хранили всякий хлам или что-то вроде того».

Они разворачивают машину назад к дому Курта. Грант вспоминает, что был озадачен поведением Дилана: «Он только узнал, что умер его лучший друг, однако почти никак на это не отреагировал. Дилан вел себя так, будто уже знал, что Курт мертв, хотя я не был уверен, что он имел к этому отношение».

Когда к полудню они добираются до дома, там уже толпятся представители СМИ. В небольшом парке рядом с домом устанавливают свои камеры бригады из Entertainment Tonight, Hard Copy, A Current Affair, NBC и MTV, а потом приезжают и репортеры из Rolling Stone,Spin, People и Village Voice. Так же на место происшествия прибывает группа детективов Полицейского Управления Сиэтла и бригада из управления судебно-медицинской экспертизы.

Гранту удается пробиться через кордон СМИ к маленькому зданию с оранжереей, до которой можно было добраться только по лестнице справа от гаража. То, что выясняется впоследствии, включая все разговоры с полицейскими и судебно-медицинскими экспертами, которые прибыли на место происшествия, по-прежнему является тайной, потому что Грант до сих пор отказывается обнародовать записи этих разговоров, мотивируя стратегическими соображениями. «Я не могу вдаваться в слишком подробные детали того, что я узнал, когда приехал тем утром. Некоторые из этих деталей будут очень важны для обвинителя, который в итоге возьмется за это дело, и я не хочу слишком рано раскрывать свои карты».

После полудня Грант звонит в свой офис и говорит с Беном Клагманом, который рассказывает ему, что кто-то продолжал попытки воспользоваться аннулированной кредитной карточкой Курта до раннего утра 8 апреля, незадолго до того, как было обнаружено его тело. Но когда Грант звонит детективу Кэмерону из Сиэтлского Полицейского Отдела по Убийствам, чтобы рассказать об этом сообщении, он обнаруживает, что Кэмерон до странности равнодушен.

Грант остается в Сиэтле еще на день, чтобы побеседовать с несколькими друзьями Курта, прежде чем вернутся в Лос-Анджелес. «Меня поразило то, что все, с кем я говорил, люди, которые очень хорошо знали Курта, казались удивленными, — вспоминает Грант. — Они все говорили одно и то же — что он не хотел покончить с собой. Было не похоже, что они просто не хотят признавать очевидного; они все были категоричны. Но тогда я не был уверен, что это все-таки было убийство. Было много странностей, и я сомневался, но думал, что дам большинству из них рациональное объяснение, говоря: «Ну, такова судьба Кортни. С ней все время случаются странности».

Кортни Лав «узнала» о смерти мужа от ее адвоката Розмэри Кэрролл. Час спустя она на частном самолете направилась в Сиэтл с Фрэнсис Бин, Розмэри Кэрролл, Джекки Фэрри и гитаристом Hole Эриком Эрландсоном. А приземлившись, немедленно взялась за дело. Были наняты охранники, чтобы защищаться от СМИ; поверх оранжереи, где все еще лежало тело Курта, постелили брезент. Как раз перед тем, как был натянут брезент, фотограф Seattle Times Том Риз сумел сделать несколько фотографий с применением увеличительного объектива. Один запоминающийся снимок, обошедший весь мир, запечатлел распростертую ногу, одетую в джинсы, кеды и открытую коробку из-под сигар на полу.

Тем же утром Кортни объявила руководителям Geffen Records (звукозаписывающий лейбл Nirvana) и Gold Mountain (менеджмент Nirvana), что передозировка Курта в Риме месяцем ранее на самом деле была попыткой самоубийства, а не несчастным случаем — эту версию они услышали впервые. Это известие вскоре стало известно множеству представителей СМИ, которые ждали снаружи дома, отчаянно нуждаясь в любой информации. Вскоре все пришли к единодушному мнению, что самоубийство Курта было трагическим, но неизбежным.

Продолжение следует…