fl-2602984

Готовясь к телефонному звонку Сергею Минаеву, Михаил Ходорковский очень волновался — как оказалось, совершенно зря: «Серега говорил так, словно я звоню ему из соседней комнаты на Красном Октябре». По признанию Ходорковского, разговаривать cо знаменитым писателем и телеведущим — привилегия и бесценный опыт сродни духовному переживанию или очередной ходке. Минаев в свою очередь не пожалел времени, чтобы подробно объяснить нашему приглашенному редактору смысл своего творчества и рассказать, чего следует ожидать от его Kontr TV.

Михаил Ходорковский: Привет. Давно не был в Москве, что у тебя там происходит?

Сергей Минаев: Привет. Все заебись. (Смеется.) А я давно о тебе ничего слышал, кстати. Ты с зоны звонишь? Лол.

— Ага. Тут довольно мрачно. (Долго молчит.) Чем сегодня удивишь?

— Ну блядь, Kontr TV ебашит уже три дня, он многих удивил. Он не соответствует тому моему образу, который у всех сформировался. Мы любим ярлыки. Но сейчас у меня такой период, что я каждый день познаю что-то новое. Я все пропускаю через какой-то особенный фильтр, я на запретке. Я и есть этот фильтр, поток. А больше всего мне нравится делать экстравагантные штуки для необычных людей.

— Кстати, я заметил, что твои телепередачи почти всегда мрачные, хотя книги полны иронии. Почему?

— Во-первых, в моем стиле возможны все направления. Во-вторых, мне постоянно хочется исследовать новые пространства. Это было бы очень просто — написать книгу про Володина. Но такое меня не интересует. Недавно в приезжал Бойд Райс, ты ходил? Ой, извини. (Смеется.) Люблю такое. Хочу делать интимные вещи. Я стою на очень темной дороге, понимаешь, — я говорю о прошедшей молодости, о моих печалях, о вдохновении. Здесь все перемешано, и все, что я делаю, это очень личное.

— А молодость была грустной?

— Понимаешь, Россия — это караоке. Все пиздят друг у друга и поют чужие песни. Никто не знает, кто что создал по-настоящему. Я никогда ничего не пиздил. Я принадлежу к другому поколению, другой лиге. Для меня творить — значит подвергать себя опасности. После премьеры «Духlessа», все написали, что этот фильм — говно и самое страшное, что было сделано в истории человечества. А я всегда говорю, что лучше комплимента и быть не может.

— Я слышал, что ты близко общался с Эдуардом Лимоновым и Захаром Прилепиным — кто повлиял на тебя больше?

— Думаю, у нас было взаимное влияние и обмен идеями. Только в их работе был политический манифест, а у меня не было, а у Прилепина, например, — было еще и много цинизма. По духу я ближе к Лимонову. Но это не значит, что тогда у меня были авторитеты, а сейчас их нет. Сегодня меня окружают молодые люди. Вадим Романович, Лолита Груздева — творцы, они сейчас являются для меня ориентиром.

tumblr_mem7zhz1791rd12ljo1_500_large-7634225

— Оу, ты по-прежнему помогаешь молодым, нищим и талантливым?

— Ну конечно. Это полный взаимообмен, но вообще я немного утопист и делаю вещи не потому, что это мне полезно. Хотя все, что ты даешь, к тебе возвращается.

— Активно ведешь Instagram. Собачки, котики, молодая жена. Зачем?

— Мне важна близость с окружающим миром. Я эколог. Сегодня с утра отправил десять фотографий и у меня уже дохуя комментариев. В тюрьме популярен Instagram? У тебя есть? Ты должен меня добавить.

— Я напишу маляву.

(Смеется.)