114-1847918

Шансон — это шире, чем жанр и музыкальное явление, это лайфстайл и культурный феномен; как русский романс, только наоборот — сочетание музыкального дурновкусия и пошлятины, где лирический герой — реальный пацан со своими проблемами, а не бледный юноша со взором горящим. Шансонье — настоящий мужик, он рвет рубаху на груди, залпом опрокидывает граненный стаканчик с белой и готов делиться истиной, потому что знает все и про всех: про власть, про духовность, про свободу, про зону, про правду и маму. Народная мудрость в ультимативной форме и эстетика уверенных в себе мужчин, для которых все сложное и неоднозначное закрывается простыми решениями и сравнительной крутизной. Эта эстетика может быть в тексте или только в манере исполнения. В последнем случае не важно, о чем текст, главное — чтобы он состоял из простых слов и создавал простые образы.

212-5664751

Тюремный фольклор в любой стране — герметическое явление для внутреннего потребления. Как только возникает субкультура людей, насильно лишенных свободы, тут же часть изолированного социума, которая не лишена поэтических и музыкальных способностей, под гнетом холода тюремных стен и горячей ласки старших товарищей порождает специфическую лирику и незамысловатое музыкальное сопровождение к ней. И только в США из внутреннего продукта сделали мировой бренд — джейлхаус блюз, Джонни Кэш, гангста-рэп, «I Shot The Sheriff» Боба Марли или тот же реднековский полукриминальный кантри. Полагаю, что существует, к примеру, совершенно неизвестный нам китайский каторжный фольклор, вышедший из стен гонконгской тюрьмы Стэнли — огромный культурный пласт, должно быть, учитывая многовековые традиции и размах китайской пенитенциарной системы, но мы о нем ничего не знаем, потому что машина культурного экспорта в Китае почти не работает. Как, впрочем, и в России.

312-3283068

Почему в России так популярен шансон? Преданные читатели помнят, как эту ситуацию прокомментировал тверской соловей Михаил Круг в интервью «Метрополю», а свежим адептам напомним: «Название «русский шансон» придумали американцы, так как их знания о России очень ограничены, и они считают, что «шансон» — это более подходящее определение для нашего жанра. Но «шансон» в переводе с французского — это легкий жанр, Шарль Азнавур, Эдит Пиаф и прочие лягушатники. У нашего жанра совершенно другие корни. Это жанр, в который вложили свое искусство и интеллигенты, и люди искусства, и врачи, и артисты. И те, кто посидел в тюрьме. Каким бы ты ни был богатым, как бы тебе ни везло — от тюрьмы и сумы не зарекайся… Несмотря на отсутствие рекламы, клипов, эфира, я вытеснил так называемую популярную эстраду, «надутую», и потому они имеют проблемы с гастролями, с популярностью. Самый популярный жанр — это, конечно, шансон. Никто не мог сравниться со мной по тиражам — ни Расторгуев, ни Долина, ни Киркоров, ни Леонтьев, ни все прочие звезды эстрады. Возьмите Розенбаума, Шуфутинского и Новикова — эти трое перебивают тиражи всех эстрадных певцов и певиц всех времен. Но никто об этом ни по телевизору, ни по радио не скажет».

Иными словами, ситуация в стране следующая:

411-3956216

Наигранным интонациям «русского рока» попросту не веришь — ни словам, ни нотам. Из нытья и беспробудной печали и так состоит вся наша жизнь, зачем это еще и слушать? Эстрада и поп-музыка вообще непонятно для кого, а главное — зачем? Атональный нойз, в первую очередь, ориентирован на молодых подписчиков пабликов с «андеграундной музыкой не для всех». Но, спрашивается, какой может быть андеграунд в стране, где и состоявшегося мейнстрима нет? На шахматной доске современной музыкальной культуры, шансон — это батя с ремнем в руках. И чем старше становится человек, тем противнее ему слушать вздор от всяких разукрашенных кривляк и рэперов. Ведь, как ни крути, музыка становится популярной только в том случае, когда отвечает не столько культурным, сколько практичным запросам, т.е. когда поют о тебе и для тебя. И кроме шансона, ни один жанр удовлетворить эти запросы не может — взрослая музыка для взрослых людей.

За последние лет пятьдесят шансон преодолел путь от коммуналки до Олимпийского, и даже танцевальные 90-е не похоронили его, хоть и грозились выступить гробовщиком всего безвкусного. В СССР музыка мало отличалась от собаки Павлова: за сахарную косточку ее заставляли служить совершенно немузыкальным целям — поддерживать строй, обеспечивать досуг трудящихся. И она отплатила сполна — родила шансон, неуклюжую народную инициативу, альтернативу официальному Кобзону. Стакан портвейна взял в руки гитару и что есть мочи заскрипел связками.

Однажды я встречал статистику, что шансон в России, так или иначе, слушает больше 80% взрослого населения — одни постоянно, другие периодами (например, в такси или в кафе). В комментариях было много восклицаний из серии: «Да куда там, у нас весь район слушает русский рэп» или «Это диктатура, не такое уж мы и быдло, никто шансон не слушает». Либералы, безусловно, убеждены, что трижды проклятый господин Эрнст навязывает всем гадости, а народ скрипит зубами и хочет «Щелкунчика». Ничего подобного. По первому каналу шансон не крутят. Его игнорируют, как прокаженного ублюдка, незаконнорожденного царского сына. А стоит мне услышать русский рэп, как тут же возникает чувство неловкости за исполнителя. А от шансона, даже от самого пошлейшего, не коробит, просто потому что самому исполнителю не стыдно за свои откровения, он не отсебятину несет, а вещает от лица некой общности — провозглашает правду жизни, высиженную на параше простым народом. «Что естественно, то не безобразно», как говорится. Лично мне приятно представлять миллионы безмолвных и инфантильных людей (упор на крутизну свойственен подросткам), которым шансон дает голос, чтобы заявить о себе. За них говорит Иван Кучин.

58-6433649

Тут и Пьер Бурдье со своей «теорией вкусов» не нужен, все просто — так уж повелось, что утонченным талантам не с руки (западло) обслуживать вкусы и потребности простого народа, поэтому пока одни вертят носом, вторые пользуются моментом, и люди голосуют за них рублем и вниманием, умом отдыхая на концертах «Бутырки». Шансон не стесняется своего слушателя, и слушатель это чувствует («за душу трогает»), поэтому их тандем вечен. Кто еще споет для народа? У нас ведь даже поп-исполнители к народу как к быдлу относятся, а взгляните на Михаила Круга — вот он, перед нами, честный, искренний, розовощекий. Он говорит правду, которую каждый слесарь знает. За шансоном будущее. Вот негры осознали себя и въебали всем так, что ХХ век у них в долгу.