В связи с необходимостью взяться за перо подумалось даже, что текст с названием «Смотреть или не смотреть такой-то фильм» в принципе может быть очень коротким. Достаточно просто писать его по формуле: «Фильм Х смотреть» или «Фильм Х не смотреть». Сразу все ясно, и никакой лишней информации не нужно. Но обычно приходится еще выдумывать какие-то причины, зачем и почему его надо смотреть. Рассказывать, что в фильме хорошо, а что – еще лучше.

Про картину «Безумный Макс: Дорога ярости» можно сказать сразу: смотреть. Это именно тот случай, когда никакие аргументы не нужны. Понравится всем. Собственно, здесь письмо можно было бы и закончить. Даже аргументы не нужны. Вот насколько это круто. Поэтому дальше могут читать лишь те, кто почему-то решил узнать, что такого в фильме крутого, важного и почему все-таки смотреть надо.

В каком бы формате его ни крутили в кинотеатрах, он останется хорошим фильмом и будет оценен по достоинству. Только мне надо еще попробовать увидеть его не в 3D и не в IMAX — потому как я почти уверен, что, например, в 2D это кино может восприниматься даже лучше. Про «Аватар», например, так сказать было нельзя. Его воспринимали исключительно как 3D-аттракцион, а когда кто-то говорил, что ему не понравилось, то ему отвечали: «Просто надо было в 3D смотреть». «Безумный Макс: Дорога ярости» в каком-то смысле тоже аттракцион, но он гораздо больше, чем развлечение. Грубо говоря, в этом кино, кажется, найдена идеальная формула, дающая возможность совместить жанр с любым форматом. И возможно, в будущем кино будут снимать именно так.

Кроме того, надо понимать, что оригинальный «Безумный Макс» пришел к нам из Австралии. То есть, хотя кино и сделано в Голливуде, все же несет в себе дух «австралийского эксплуатационного кино», да и самой Австралии. Если припомнить последние яркие фильмы («Лесной змей», «Предопределение», «Что мы делаем в тени») и к тому же не сбрасывать со счетов Новую Зеландию, то можно сделать вывод, что, возможно, именно эти две страны в ближайшее время будут задавать тренды в кинематографе.

Также очень важно понять, какого рода в фильме насилие. Опять же оно в нем реально сбалансировано: довольно жесткое и вместе с тем отталкивающее, хотя и предполагающее иронию. Скажем, насилие вселенной Marvel — это одно, а насилие римейка «Последний дом слева» — другое. Конечно, насилие «Безумного Макса» ближе к графическому насилию блокбастеров, но все же отличается от него. Например, оно предполагает много смертей положительных героев, которые при этом не кажутся слишком трагическими, в то время как во вселенной Marvel не так чтобы хороших парней убивали очень много.

Могу ошибаться, но мне тяжело припомнить крупнобюджетные постапокалиптические картины последнего времени. Разве что «Книга Элая», да и та не шла в прокате с очень большим успехом. Недавний австралийский «Ровер» — тем более. Мы, конечно, можем говорить, что «Безумный Макс: Дорога ярости» скорее антиутопия, но ведь антиутопия далеко не всегда про постапокалипсис? В этом отношении каким бы нам ни рисовали «дивный новый мир» франшиз «Голодные игры», «Дивергент», «Бегущий в лабиринте», это мир с «избранным подростком», который подвергается испытаниям в хорошо устроенном обществе, и не ясно, что лежит за его пределами. Приятное отличие «Безумного Макса» в том, что он вообще не замкнут в пространстве. Практически все действие фильма происходит в дороге.

И здесь основное. Именно в этом отношении «Безумный Макс: Дорога ярости» снимает проблему, поставленную Дэвидом Линчем. Ведь его фильм «Шоссе в никуда» предполагает, что у дороги нет конца, вы можете лишь начать свой путь, но закончить не в состоянии. Единственное, на что вы можете рассчитывать, — это закольцеваться. Но если ваша цель — выйти из точки А и прийти в точку Б, то это невозможно. Шоссе в никуда закольцовывается, и вы обречены на вечное возращение и вечное повторение одного и того же. «Дик Лоран мертв», — говорит сам себе в домофон герой Билла Пуллмана Фред. То есть это своеобразное road movie совсем не про приключения во время пути.

Вместе с тем Дэвид Линч предполагает иной вариант развития событий в дороге. В его фильме «Простая история» персонаж, не возвращаясь в изначальную точку, добирается из пункта А в пункт Б. Но у него есть цель: он знает, зачем и куда едет. И скорее всего, уже не вернется в точку А из точки Б.

«Безумный Макс: Дорога ярости» проговаривает это четче и яснее. В тот момент, когда обнаруживаешь, что цели, к которой ты стремишься, не существует, ты должен обратиться к гениальному, но до сих пор не оцененному ответу на вопрос, как выйти из лабиринта. «Из этого лабиринта выход там же, где и вход». Мудрость и прозорливость Безумного Макса проявляется в момент, когда становится ясно, что обетованной земли, к которой герои стремились, больше не существует: он подсказывает, что вместо того, чтобы двигаться в никуда, нужно вернуться назад — к истокам, откуда герои пытались выбраться. Нет другого выхода, кроме входа. Нет ничего, кроме того места, откуда ты начинаешь свой путь.

В определенном смысле это даже каким-то образом совпадает с пафосом многих антиутопий. Грезы об альтернативном варианте устроения общества так и останутся всего лишь грезами. Нужно довольствоваться тем, что есть. И тогда антиутопия становится единственным пригодным местом для существования. Не следует искать места за пределами окружающего мира — достаточно попытаться изменить окружающий мир. Ни бегство, ни апатия — не выход.

В общем, этот фильм стоит тех денег, которые на него можно потратить. Ценен он не только своими кинематографическими качествами: выдержанным стилем, качеством съемок, картинки, игрой актеров, наконец, — но и тем, что говорит новое слово в кино.