Например, отечественного зрителя лишили возможности с 1 января смотреть на большом экране «Тупой и еще тупее – 2». Вместо этого 1 января показали «Джон Уик», который должен был стартовать в начале декабря. Так что до 8 января всем приходилось смотреть либо «Что творят мужчины – 2», либо невыносимо скучный «Исход». Так себе выбор, знаете ли.

burt-1-4738156

В итоге, вновь все переменив в расписании премьер, 8 января – на исходе опостылевших каникул – зрителю, не пожелавшему наслаждаться картиной «Что творят мужчины – 2» или последней частью трилогии «Ночь в музее», дали разгрузиться новым фильмом Тима Бертона. И поскольку Бертон оказался единственной надеждой зрителей на то, чтобы хоть как-то развеяться в грядущий праздничный уикенд, тем больнее признавать, что это кино слабое. Очень слабое.

История такова. Маргарит (Эми Адамс) – художница, разработавшая уникальный стиль и столь же уникальную тематику рисунка – калякает на своих холстах детей с непропорционально большими глазами. Ее примечает Уолтер Кин (Кристоф Вальц) и предлагает ей замужество. Далее Уолтер с согласия жены присваивает себе авторство ее картин и вскоре становится очень знаменитым и продаваемым художником. При этом критики клеймят работы Уолтера как китч, отказывая им в статусе искусства.

Но, несмотря на мнения критиков, картины Уолтера пользуются спросом и востребованы народом. Отметим про себя, что критики-то правы: работы – действительно китчевые и довольно трэшовые. Это вполне безвкусные вещи, которые могут понравиться толпе – и даже не сами картины, а их постеры, открытки, репродукции и т.д. Эта востребованность народом «поп-арта» еще раз подтверждает китчевую природу рисунков Маргарит. Более того, публика интересуется этими картинами большей частью в связи со скандалами вокруг их якобы автора, что возвращает нас к исходному тезису: картины Маргарит Кин – трэш. Через какое-то время Маргарит открывает миру ужасную правду о том, что автором всех этих картин была именно она, а не ее якобы бездарный муж. Такой плот.

Не переживайте! Все ее душевные коллизии нам покажут, равно как покажут и отношения с мужем. Покажут даже нелепую сцену, в которой Кристоф Вальц «пародирует» Джека Николсона из «Сияния». В итоге в зале суда Маргарит доказывает, что художник – она, потому что может нарисовать рисунок в своей технике, в то время как Уолтер этого сделать не в состоянии. Однако правда состоит в том, что Уолтер – не менее, а, возможно, даже более гениальный человек, нежели Маргарит. Он прекрасно раскрутил ее/свое творчество, обеспечив работам прекрасный маркетинг. И кем бы была эта Маргарит, если бы не ее муж, гений рекламы и пиара? Ладно, пускай и самопиара, но все же гений.

burt-2-3112035

Если вы соберетесь все же смотреть это на большом экране, то выходя из зала, обязательно услышите высказывание какого-нибудь «знатока»: «Это не похоже на обычный стиль Бертона». «Знаток» будет прав. Единственное, что остается в фильме от старого Бертона, «большие глаза», полные грусти. Правда, они настолько же трэшевые и китчевые, насколько и фильмы самого Бертона. Действительно стильные, почитаемые народом, но столь же нелепые и воспевающие трэш, на котором Бертон вырос.

Кино это – своеобразная веха, некий рубеж всего того, что снял режиссер. Биографии ему снимать не в новинку. Чего стоит один «Эд Вуд»? Равно как и 1950-е и первая половина 1960-х (именно тогда происходит действие картины) – время, на которое пришлось формирование Бертона. Любовь к дешевой фантастике («Марс атакует!») и мрачной готике («Бэтмэн возвращается», «Сонная лощина»), на которых Бертон сделал имя, давно окупалась с лихвой.

В 2001 и 2003 годах Бертон снимает ленты, на которых виден отпечаток его личных трагедий. В 2001 году вышел один из самых провальных фильмов режиссера «Планета обезьян». Это, разумеется, не провал в коммерческом плане, но провал Бертона как автора, у которого до тех пор был узнаваемый творческий почерк. Так, на IMDB в отличие от других его картин у «Планеты обезьян» рейтинг 5.7, что многое говорит о восприятии поклонниками данного фильма. Даже «Крупная рыба» (2003), которая была до сих пор самой необычной, но все же вполне бертоновской, не только все же вписывается в его стиль, но остается едва ли не самым успешным его фильмом. Возможно, потому что его производство было связано с переживаниями Бертона относительно смерти обоих родителей.

burt-3-3165159

С середины 2000-х Тим Бертон явно находится не на подъеме сил. Предпоследняя работа мастера, авторимейк его ранней ленты «Франкенвинни», была не самой удачной попыткой выйти из творческого тупика, вернувшись к истокам. Кино «Мрачные тени» (2012) просто раздражает. Впрочем, раздражает сильно меньше, чем «Алиса в стране чудес» (2010) – смесь нелепицы и бессмыслицы. Конечно, в идеале «Алиса» должна быть ровно такой – нелепой и бессмысленной. Однако бертоновская экранизация нелепа в худшем смысле этого слова. Это же касается и мюзикла «Суини Тодд: демон-парикмахер с Флит-Стрит» (2007). Относительно удачной оказалась лишь картина «Чарли и шоколадная фабрика» (2005) – детская готика, в которой работа в угоду стилю вредит сложному содержанию первоисточника (это экранизация гениального Роальда Даля). В данных картинах играет давний друг Бертона – Джонни Депп, который в них, скажем так, тоже не на пике формы. В итоге всем приевшийся актер и приевшееся однотемье режиссера – содержательное и визуальное – не производят благоприятного впечатления, а лишь заставляют все больше раздражаться каждым последующим фильмом.

Кажется, Тим Бертон это сам хорошо почувствовал, почему и решил подойти к съемкам нового фильма кардинальным образом. В нем нет ни типично узнаваемых «штучек от Бертона», ни опостылевшего Джонни Деппа. Что же в нем есть? Ни-че-го. В нем есть ужасная игра оскароносного Кристофа Вальца – который, видимо, после получения престижной статуэтки решил расслабиться и позволить себе переигрывать. Его образ столько же неестественен, сколь и эксцентричен. А эксцентрики у Уолтера Кина хоть отбавляй. В остальном этот фильм – скука и мучение. Но даже скука переносится сильно легче, чем неуместные кривляния Вальца.

burt-4-1577108

Так или иначе, но «Большие глаза» не являются личностно эмоциональной работой типа «Большой рыбы». Хотя фильм мог стать таковой. Дело в том, что в декабре 2014 года Бертон расстался с Хеленой Бонэм Картер, с которой был вместе с 2001 года. Судя по всему, Бертон не очень расстроен расставанием с бывшей возлюбленной. Или наоборот – сильно расстроен, раз не смог сделать даже китчевое кино. В конце концов, создается ощущение, будто почти все фильмы Бертона после «Планеты обезьян» снимала Хелена Бонэм Картер – женщина с большими глазами – как Маргарит Кин рисовала все картины за мужа в «Больших глазах», пока вдруг не взбрыкнула. Не дать, не взять – проблема широко закрытых глаз.

В итоге «Большие глаза» могут восприниматься так, будто Тим Бертон снял это кино прямо в зале суда во время тяжб с Картер, чтобы доказать, что это он, а не она сделала все «свои» фильмы с 2001 года (когда вышел до сих пор худший фильм режиссера «Планета обезьян»). Только получившийся в зале суда результат говорит о том, что снимать Бертону тяжело. Вероятно, ему стоит и вернуться к воздаянию должного плохой научной фантастике 1950-х, раз уж возвращение к мрачной готике и псевдодраме обернулось фиаско? Или сделать проще – найти новую женщину, которая станет снимать за него. Но только лучше, чем Хелена Бонэм Картер.