119-5938206

Больше нет смысла писать «Здесь был Вася». Для этого есть Foursquare. Объявить о том, что кто-то лох, можно с помощью каждого второго мобильного приложения. Городские стены — просто фон, точно такое же дополнение реальности, только не мультимедийное, и потому скучное до ужаса. Кто и как отнял у тебя этот последний клочок реальности?

Человечество рисует, сколько себя помнит. Люди палеолита верили, что рисуя на стенах пещер картинки, можно повлиять на природу, изменить ход событий. Изобразив на стене пробитого копьем оленя, ты непременно убьешь его на охоте. Леви-Стросс и другие исследователи, изучая наскальные рисунки в пещере Ласко (15 тысячелетие до н.э.) отмечали, что технология изготовления красок могла быть использована для получения некоторых металлов, в частности, железа.

217-7955552

Само слово «граффити» происходит от итальянского graffito — царапать, и появилось гораздо позже, чем собственно рисунки. Нацарапанные на стенах надписи были известны с античных времен и мало отличались от современных городских надписей: любовные признания, проклятия, цитаты, споры о судьбах родины. Зачастую высказывание сопровождала похабная карикатура.

В Древнем Риме язык граффити меняется, появляются различия между рисунками внутри дома и на улице. По тому, где нанесено граффити, можно понять, что думает и говорит автор. Ярчайший тому пример – публичные дома в древнем Риме – лупанарии. Простой человек не мог догадаться, что перед ним публичный дом. На это ничто не указывало. Но знающие люди, ориентируясь по специальным знакам, всегда достигали цели: в обильно украшенных эротическими рисунками апартаментах их уже ждали проститутки.

Рисунки на городских стенах можно разделить на вандализм и пропаганду. Вторая всеми силами очерняла первый — они были конкурентами в борьбе за пространство. Легальные публичные надписи, как правило, выражали настроения социальной группы (торговцев, политиков, горожан). Нелегальные были криком души конкретного человека.

В Средневековье и эпоху Возрождения надписи на стенах древних храмов оставляли все кому не лень: викинги, бродяги, поэты и художники. Царапать дома римских патрициев не брезговали такие люди как Рафаэль и Микеланджело. Позже к ним присоединились солдаты армии Наполеона, пометившие камни египетских пирамид, и лорд Байрон, оставивший своё имя на колонне храма Посейдона в Греции.

В XX веке разделение на внешние и внутренние надписи стало заметным как никогда. Городские стены безраздельно принадлежали пропаганде, для которой цель оправдывала любые средства.

316-9345525

В 1945 году французский художник Жан Дюбюффе вводит понятие Ар Брют для своей обширной коллекции искусства маргиналов и душевнобольных. Главной особенностью такого искусства была спонтанность, полное следование интуиции, а не канону. Неотъемлемой частью Ар Брют были надписи на стенах психиатрических клиник, которые имели много общего с автоматическим письмом, взятым на вооружение сюрреалистами. Странная каллиграфия, где буквы переплетены с символами и рисунками. Иногда надписи полностью покрывают стены, при этом невозможно найти двух одинаковых символов. Точно так же не обнаружишь двух одинаковых рисунков в тюремной камере, хотя все они схожи по тематике.

Шестидесятые с их тотальным протестным пафосом подарили миру множество занятных граффити по обе стороны океана. Массовый выход маргиналов-одиночек на улицы случился в конце шестидесятых в Нью-Йорке. Торжество нелегального арта было недолгим, но запомнилось всем. Ни до, ни после маргинальное уличное искусство не приобретало столь крупных масштабов. На авансцену вышли никому не известные герои с тэгами вместо имен. Довольно скоро тэги полностью покрыли вагоны метро.

416-1345726

К началу восьмидесятых Нью-Йорк стал самым криминальным городом Америки. Стрит-арт как неотъемлемая часть теневого Нью-Йорка был диким, азартным и фантастически изобретательным городским движением. В нем кипела молодая горячая кровь городских низов, презирающих умеренность среднего класса. Презрение выражалось открыто и нагло, и наконец бомберам была объявлена война.

Тогдашний мэр Нью-Йорка Рудольфо Джулиани бросил на борьбу все силы: от денег до теории разбитых окон, объявившей вандализм главным мировым злом. Нужно было отнять город у безымянных оборванцев любой ценой. Разрисованные поезда изо дня в день продолжали приходить, но к утру на них не было ни одной надписи. Все закончилось отправкой старых вагонов метро на металлолом.

Власти добились своего. Криминал, а с ним и уличный драйв, постепенно сошли на нет. Художники, вытесненные с городских улиц, разбрелись кто куда. Одни переместились в буржуазные галереи, кто-то напрямую занялся разработкой логотипов для рекламы, но большинство просто бросили рисовать.

В девяностые граффити окончательно закрепляется в поп-культуре. Америка всегда умела распознавать коммерческий потенциал вчерашнего бунта. Наибольших успехов в этом достигла Нью-Йоркская банда райтеров TATS CRU и французы 123Klan, работающие с ведущими мировыми брендами: Nike, MTV, Lamborgini и, конечно же, Coca-Cola. В 2001 IBM запустил в Америке рекламную компанию, где люди рисовали на асфальте аэрозольной краской пацифик, сердце и пингвина, логотип Linux. Слоган гласил: «Мир, любовь и Linux».

Кульминацией рыночного стирт-арта стало 21 февраля 2007 года, когда кусок картона с парой капель краски и подписью Бэнкси «Bombing Middle England» ушел с молотка Sotheby’s за 102 000 фунтов стерлингов.

514-9459984До этого трафареты Бэнкси на том же Sotheby’s покупали такие люди как Кейт Мосс и Кристина Агилера.

Трафарет как часть уличной борьбы и пропаганды существовал давно, но именно Бэнкси сделал его сверхприбыльным конвейерным производством. Анонимность, помноженная на провокацию и коммерческий успех, породила кучу эпигонов, иронично утрамбованных журналистом CNN Максом Фостером в понятие «Эффект Бэнкси». В отличие от 123Klan и других терпеливо исполняющих корпоративные заказы художников, Бэнкси осуществил светлую мечту миллионов: плевать в лицо мировому капиталу за его же баснословные деньги. Именно поэтому сейчас мы имеем то, что имеем.

До России мировые тренды всегда добиралась черепашьим шагом. Первый фестиваль граффити в России прошел лишь в 2006 году. О Бэнкси тут узнали в конце нулевых и, как это всегда бывает с предметами культа, по его следам тут же ринулась толпа неумелых подражателей.

Окончательная профанация трафарета как средства выражения произошла в 2011-м. Стены спальных районов заполонили маски Гая Фокса и портреты Путина, отрезавшего ножницами от революции букву «Р». Масштабнее была только кампания курительных смесей. Трафаретов было все больше, а смысла в них — все меньше.

Сегодня сдались даже те маргиналы, чьим местом выражения всегда был подъезд. Старые надписи закрасили служащие ЖЭКов, а новых нет — все разборки теперь происходят на стенах ВК. Если погуглить «надписи в подъездах», первым делом вывалятся распечатанные на принтере объявления из серии «Не ссы в углу — Господь накажет», набранные на компьютере внука сермяжной безграмотной теткой.

Погрязнув в виртуальных дебрях, не в состоянии артикулировать страхи или желания, мы не заметили, как стали выражать чужие мысли чужими словами, искренне принимая их за свои. Принимая трафаретные клише за собственную ненависть.

611-1248036