В Торжке время остановилось классическим и фатальным для русского городка образом. Здесь многие поколения женщин вооружаются иголками с золотыми нитками, украшая наряды священников, престарелых модниц и — с недавних пор — байкеров. От их работ пищат Юдашкин и Зайцев. Китч соединен с высокой эстетической традицией в гремучем миксе на полках местных сувенирных лавок. Здесь можно долго бродить по руинам Российской империи и потрогать драгоценную канитель.

Если судьба занесла вас в Торжок, не расстраивайтесь. Город полон дореволюционной архитектуры и приятной провинциальной сонливости. Когда-то здесь пересекались торговые потоки, купцы отстраивали вдоль судоходной Тверцы дома в классическом стиле, а местным жителям не хватало времени на безделье и праздность. Каждый странник — от императорских особ до поддатого Александра Сергеевича Пушкина, путешествуя меж двух столиц страны, обязательно останавливался здесь, чтобы перекусить знаменитыми пожарскими котлетами и прикупить какую-нибудь безделушку.

Теперь река обмелела, дороги поросли травой и непроходимым тверским асфальтом. Мужчины распоясанно выпивают, когда того захотят, в отличие от женщин, почти поголовно занятых на золотошвейной фабрике и оттого — собранных. Купеческие дома и старые церкви стоят во мху и патине, покрашенные лишь с фасада, часто брошенные и горелые. Приличных или хотя бы съедобных пожарских котлет тут не найти ни в одном ресторане.

Редкий экскурсионный автобус подкрадется по глубоким ямам к Борисоглебскому монастырю и выплеснет под печальное небо пару десятков туристов с мутными от тошноты глазами. Они немного полюбуются по-восточному разнообразными куполами, а потом, одухотворенные, отправятся восвояси.

Трястись в каретах и без конца менять лошадей в конце XIX века стало несовременно, и люди перестали заезжать сюда по пути. Один за другим обанкротились предприниматели. Женщины, чтобы прокормить семьи, отправлялись на производство кирпичей. Старинное золотное шитье кое-как сохранилось за счет своевременной организации артели мастериц.

Золотное шитье — это вид народного художественного промысла, который появился на Руси благодаря княгине Ольге. Говорят, она подсмотрела такой способ украшения нарядов у византийских барышень.

Технология ручного создания узора такова: берется кожа, бархат или чего попроще и посовременнее, сверху накладывается калька с перфорацией желаемого рисунка — сколок. Потом через дырочки в кальке ткань промазывают коктейлем из керосина и зубного порошка или, если ткань белая, из керосина и синьки. Идея сколка в том, чтобы оставить на ткани контур узора, который будет обшиваться золотой нитью. Швов в Торжке придумали больше сотни: бабий, шов гусем, клопчик и т. д., — постарайтесь их себе представить или отправляйтесь в музей при золотошвейной фабрике, чтобы увидеть и потрогать.

Здесь на потребу рынка золотом расшивают все, от икон и платков до байкерских курток и чехлов для современной техники.  Правда, золото давно не настоящее. Если верить сусальным речам местных жителей, в каждом мотке этой нити содержится до 10 % драгоценного металла. Одному богу известно, как при таком раскладе получается наклепать брошек с пышным орнаментом по 300 рублей. И что бы вам ни напели в сувенирном магазине, учтите: большая часть вещей расшита обычной блестящей ниткой при помощи автоматической швейной машины. Но есть одна хитрость, которая поможет найти среди кучи псевдозолотого ширпотреба изделие истинно золотое и ручной работы: это, разумеется, его цена. Например, органайзер, расшитый в тему сочинской Олимпиады, будет стоить чуть больше 10 000 рублей. Не забудьте свою челюсть, приходите снова. И еще одно: моток драгоценных ниток длится километр и строго подотчетен, так что никаких узелков на обороте узора быть не может, да и сама нить подшита к ткани «в прикреп», то есть только по верхней части изделия.

У промысла в городе четыре локации: фабрика «Торжокские золотошвеи» — наследница артели начала прошлого века (там же — ее музей), золотошвейное училище, частная мастерская возле одной из двух городских гостиниц и объект «Дом пояса».

Стоя внутри него, принято плакать и обниматься, после чего вечно жить в любви и взаимопонимании.

Здесь же, в «Доме пояса», есть сувенирный магазин, где на одной полке лежат все в торжокских узорах Библия, Коран и книга по фэн-шуй. Полкой ниже — чехол для смартфона с золотым зайцем Playboy и сумка для ноутбука с вышитым логотипом Apple. Как вся эта эклектика уживается в головах местных дизайнеров — не понять без изменения состояния сознания.

Но то ли швеи долго провозились, то ли мода в таможне поменялась — работа оказалась невостребованной. На фабрике решили было сжечь неликвид, чтобы добыть из него золото, не пропадать же добру. Но потом поступили по-русски креативно: погоны теперь служат сувенирами и одновременно пропусками в капсулу истории фабрики.

Если выключить свет, все эти произведения засияют, как месторождение золота в диснеевских мультфильмах — рассеивая тьму и отражаясь от лиц мягким закатным светом. Купола на изображениях церквей шиты фирменным «кованым» швом так плотно, словно они цельнометаллические и раскаленные.

Итак, еще раз: если судьба занесла вас в Торжок, не расстраивайтесь. Поговорите здесь с кем-нибудь. Вы обнаружите, что ночной сторож Наталья пишет интересные стихи, а пьяницу Николая не устраивает художественный вкус фабричного худсовета. Посмотрите на этот город как на музей артефактов сюра русской ментальности.