weed-0-2314067 weed-1-5375719Приведенный выше сценарий довольно точно описывает то, что произошло в США несколько месяцев назад. Есть, конечно, оговорки: CNN – не Первый канал, но и структура американского телевидения сильно отличается от российской. С другой стороны, Санджей Гупта, главный телевизионный врач страны, в отличие от Елены Малышевой, уважаем и любим почти всеми слоями населения. Во всяком случае, обрезать в эфире женщину-член ему пока не доводилось. Так или иначе, документальный фильм Weed на сегодняшний день является, пожалуй, самой значительной апологией марихуаны в мэйнстримовом информационном пространстве. Речь идет прежде всего об ее использовании в медицинских целях, но доктор Гупта не питает иллюзий насчет жесткого разделения «медицины» и «рекреации», и поэтому по сути защищает марихуану в целом.

weed-a-3318279

Однако самым удивительным с точки зрения россиянина является даже не сам факт пронаркотического фильма в сетке вещания крупнейшего телеканала, а реакция на него в американском обществе. Точнее, ее отсутствие. Нельзя сказать, что Weed никто не заметил. Его посмотрели, обсудили, немного поспорили – но в течение месяца о фильме забыли. CNN не пикетировали воинствующие христиане (хотя своих «казаков» в США, вообще-то, хватает). Джон Маккейн или Линдси Грэм не выступили с обещанием посадить Гупту за растление молодежи. «Библейский пояс» – конгломерат самых консервативных штатов страны – не разразился демонстрациями. Пожалуй, именно такая апатия противоборствующего лагеря больше всего свидетельствует о перемене общественного мнения относительно легких наркотиков – и прежде всего марихуаны.

weed-2-1660424

В России, где общество настроено резко против всего, что описывается прилагательными «психоактивный» или «наркотический», сложно представить такую ситуацию. Формально в Америке, как и в России, марихуана включена в «верхушку» федерального перечня запрещенных веществ (Schedule I Controlled Substance) вместе с героином. Теоретически, исходя из этого, правовое государство США должно считать борьбу с коноплей краеугольным камнем внутренней политики. Факты же говорят об обратном. Медицинская марихуана, то есть законно выращенная и отпускаемая в специальных магазинах по рецепту врача, легализована чуть ли не в половине штатов. Колорадо и Вашингтон в 2013-м году разрешили хранение и продажу рекреационной марихуаны (то есть отпускаемой свободно, без рецепта), на что Департамент юстиции (аналог Минюста) пожал плечами. По данным лоббистской организации NORML, марихуана на данный момент – сельскохозяйственный продукт номер один в Калифорнии (хотя не стоит забывать, что при всей своей серьезности основанная в 1970-м году NORML – не нейтральная партия в вопросе). Абсолютное большинство американцев сегодня поддерживает легализацию медицинской марихуаны и даже полное снятие запретов на «травку». В общем, несмотря на очевидное противоречие общенационального закона законам штатов, правительство страны и лично ее президент почти официально игнорируют смертельную, если судить по федеральной терминологии, опасность для нации. Чтобы понять, в чем именно состоит проблема и есть ли она вообще, нужно разобраться с тем, что такое марихуана и как она работает.

weed-b-7944025

Марихуана – изначально жаргонное, а потом и почти официальное название конопли (обычно его используют, когда речь идет о психоактивных эффектах). Термин, по популярной версии, получился сложением имен Мария и Хуана, которыми мексиканские солдаты обозначали девиц легкого поведения. Наиболее распространенной формой употребления марихуаны являются соцветия видов Cannabis indica и Cannabis sativa. Известный журналист и автор книг, объединенных общей темой дружбы человека и растения, Майкл Поллан, в книге «Ботаника желания» описывает современный процесс выращивания конопли (документальный фильм на основе книги доступен бесплатно). Культивация марихуаны – любопытнейшая иллюстрация триумфа селекции над природой. Исторически Cannabis sativa представляла собой огромную, раскидистую, волокнистую траву, а Cannabis indica – среднего размера куст со множеством небольших листьев. Сегодняшняя марихуана выглядит как маленькая, плотная кучка соцветий, сочащаяся липким соком с невиданной в природе концентрацией алкалоидов. Среднее содержание психоактивных веществ в марихуане выросло более чем в 6 раз с 70-х годов (причем эта статистика изначально включает только те сорта, которые используются как наркотики – дикая конопля значительно «слабее»).

Главное психоактивное вещество в составе марихуаны – тетрагидроканнабинол (THC) – было описано израильскими учеными еще в шестидесятых годах, значительно раньше, чем стало понятно, как оно действует. В конопле есть и другие похожие вещества, объединенные общим термином «каннабиноиды». Их эффект и механизм действия на мозг могут различаться (это хотя бы отчасти объясняет, почему люди предпочитают тот или иной сорт марихуаны: соотношение алкалоидов бывает разным, поэтому и ощущения могут варьировать). Как обычно бывает в таких ситуациях, сначала было открыто чужеродное вещество, необычным образом влияющее на мозг – THC, и только потом было найдено то, на что оно влияет. Оказалось, что у человека существует целая система внутренних, или эндогенных каннабиноидов, связывающихся со специальными каннабиноидными рецепторами в нервных клетках.

weed-3-3843469

И внутренние, и «чужеродные» каннабиноиды влияют на огромное количество процессов по всему телу – о большей части этих эффектов мало что известно. В мозгу действие THC можно свести, по-видимому, к работе синапсов, то есть контактов, по которым сигнал передается от одной нервной клетки к другой. Дело в том, что синапс – не просто пассивный переходник. Это тонко регулируемый пункт передачи информации, на котором принимается критическое решение: отправлять ли сигнал дальше или нет. Каждая нервная клетка (нейрон) связана синапсами с тысячами других. Синапсы могут формироваться или уничтожаться в зависимости от необходимости: на этом основаны обучение и память. Наконец, синапсы бывают активирующими (они возбуждают нервную клетку, которой посылают сигнал) или тормозящими (они блокируют нервную клетку, не позволяя ей активироваться другими синапсами). С активирующими синапсами все понятно: они проводят сигнал, обеспечивая мозговую деятельность. А вот тормозящие синапсы нужны для того, чтобы этой деятельности не было слишком много: если мозгу дать волю, он засорит эфир всеми мыслями одновременно, не концентрируясь ни на одной. Благодаря тормозящим синапсам сильные, важные сигналы (например, о пустом желудке) блокируют другие, менее значимые (например, о нюансах живописи Мондриана).

weed-4-8356408

Каннабиноиды, связываясь со специальными белками-рецепторами в синапсах, снижают их способность передавать сигнал, причем эффект распространяется как на активирующие, так и на тормозящие синапсы. Получается, что активирующие хуже активируют, а тормозящие – хуже тормозят. В результате часть нейронов начинает работать медленнее, а часть – быстрее. Дальнейшее определяется тем, какой из эффектов больше влияет на конкретные нейроны. Например, в случае с памятью тормозящий эффект каннабиноидов оказывается доминирующим, то есть запоминание ухудшается. С другой стороны, в участках мозга, отвечающих за вознаграждение, каннабиноиды вызывают активацию, что по крайней мере частично объясняет эффект эйфории. Исследовать, как марихуана влияет на высшую нервную деятельность, гораздо сложнее. Во-первых, мы до сих пор плохо понимаем, как работает сознание на молекулярном уровне; во-вторых, изучать у крысы восприятие Мондриана в принципе довольно трудно. Но исходя из описанного двойного эффекта марихуаны, несложно вывести правдоподобную модель. «Тормозя» те или иные функции мозга (скажем, разговорную речь), марихуана одновременно активирует другие (скажем, понимание абстрактной живописи). При этом отдельные мысли, каждая из которых может быть «интенсивнее» обычной, не тормозят друг друга и поэтому могут быстро и хаотично сменяться одна другой.

weed-c-2041331

weed-51-6247281

Использование конопли в медицинских целях – не новость. Считается, что еще древние китайцы и египтяне лечили ей глаукому и воспаления. Запреты 1920–30х годов (на одной волне с «сухим законом») привели к тому, что в течение пятидесяти лет научное изучение конопли было крайне ограниченным. Первые современные препараты на ее основе появились только в 80-х годах. Они использовались для подавления рвоты у раковых больных, проходящих химиотерапию. В дальнейшем эффективность похожих лекарств показали, например, при рассеянном склерозе, при хронической боли и потере аппетита (последнее очевидно любому знакомому с марихуаной). Любопытно, что древнеегипетский способ лечить глаукому коноплей тоже оказался вполне действенным. С началом процесса легализации медицинской конопли в США и других странах стало появляться больше данных о ее клиническом потенциале. Только за последний год ученые показали, что употребление марихуаны помогает предотвратить диабет, снижает риск рака мочевого пузыря и при этом не повышает риск рака легких. По предварительным данным, марихуана помогает даже при симптомах болезни Паркинсона.

Было бы опрометчивым заключить, что вред марихуаны – миф. Например, хорошо известно о психозах, связанных с ее употреблением, хотя однозначных данных о причинно-следственной связи пока нет. Несмотря на то, что внимание западной прессы сегодня направлено в основном на способность марихуаны лечить рак, встречаются и противоположные данные. Наконец, хотя привыкание к марихуане гораздо слабее, чем к никотину, а общий социальный вред – несопоставимо ниже, чем наносимый алкоголем, нельзя забывать и об этих факторах.

weed-61-7329184Пожалуй, основным аргументом против смертельной опасности марихуаны является опыт ее широкомасштабного медицинского применения. В течение десяти-пятнадцати лет миллионы людей на территории США и европейских стран легально используют марихуану под наблюдением врачей. Даже если считать это опасным экспериментом, надо признать, что эксперимент удался: в Сан-Франциско не произошло зомби-апокалипсиса, а в Нью-Йорке не зафиксирована вспышка массовой шизофрении. Глядя на данные о вреде марихуаны, нужно помнить о специфике научной деятельности: если задаться целью, то и в смузи можно найти опасность, а уж об алкоголе и никотине нечего и говорить. Очевидно одно: независимо от рекреационного использования марихуаны, ее медицинский потенциал достоин по крайней мере детального, беспристрастного изучения. Хочется надеяться, что пример США и других западных стран (даже в консервативной Великобритании сегодня ставится вопрос о правовом статусе марихуаны) станет примером и для остального мира, в том числе и для России. Ведь надежда умирает последней.