1-d0b3d180d0b0d0bcd0b0d180-d0bdd0b0d186d0b8-6087149

Потому-то ему и понадобился этот банальный фокус с нацистами, который мгновенно расставляет все приоритеты. Как говорил герой Анатолия Папанова в фильме «Белорусский вокзал», «вот враг, рядом свои, и наше дело правое». Кто тут враги, сразу же понятно: вот эти, которые отказываются уважать наше невежество. Именно так, вы не ослышались: невежество.

Сразу оговорюсь: я не намерен огульно загонять людей, делающих опечатки, в категорию тех, чье мнение для меня не имеет никакого значения. Поверьте, мне не чужда толерантность, и я имею некоторое количество времени, чтобы убедиться в том, что это именно опечатка: достаточно всего лишь почитать у «подозреваемого» что-нибудь еще. Общий культурный уровень виден за километр, иногда его чуешь носом, как рыбак рыбака в известной пословице.

Называйте это всемирным заговором культурных людей, иллюминатской ложей образованцев или очкастым подпольем — но книжная пыль на носу собеседника мне видна не хуже знаменитой «пыли номер один» на носу у Димы Билана. Умение строить фразу, глубина словаря, свобода формулировки — все это железы под хвостом, которые мы тщательно нюхаем при знакомстве, чтобы понять, стоит ли далее тратить время на общение друг с другом.

Поймите, это не клуб принцев крови, не августейшая семья, доступ в которую закрыт человеку из другого социального класса, — это всего лишь сообщество людей, прочитавших определенное количество книг. В него может вступить любой желающий, и слово «желающий» здесь следует понимать буквальнее, чем где бы то ни было. Если вы «желаете» ощущать себя частью — читайте. Чтение творит чудеса. Даже уроки родителей, упорно воспитывающих из вас маргиналов, можно скорректировать при помощи чтения — такова его могучая всепобеждающая сила. Михайло Ломоносов из-за него порол пешком из Архангельской губернии в Москву, между прочим, а какими свершениями можете похвастать вы?

Лично я из курса русского языка средней школы помню наизусть хорошо если пару формальных правил, из числа самых расхожих, вроде «не с глаголами». Я никогда специально не учил их, а моему преподавателю хватило ума и такта не тягать меня к доске, где я, безусловно, провалился бы, отвечая, например, на вопрос о деепричастных оборотах. Тем не менее вряд ли меня можно упрекнуть в незнании орфографии, согласитесь. Сочинением с диктантом меня было не напугать — для этого я многовато просидел в туалете с книжками в руках. Чтения самого по себе вполне достаточно для того, чтобы интуитивно эти правила усвоить: это называется «зрительной памятью» и достигается банальным экстенсивным путем — больше книг!

2-d0b3d180d0b0d0bcd0b0d180-d0bdd0b0d186d0b8-8836203

Это все равно что есть подгнившие яблоки, сидя на горе из свежайших, наливных, только что снятых с ветки. В сети нет недостатка в образованных людях, которые куда умнее меня. Почему ваше мнение должно быть для меня интересным — потому, что интернет предоставил вам такую возможность? Но это никак не относится к вашим заслугам! Благодарите изобретателей TCP/IP за то, что они дали вам голос, но помните, что до начала 90-х годов вы прекрасно обходились без моего мнения, а я — без вашего. Иногда следует поддерживать именно такой статус-кво.

Права всегда идут рука об руку с обязанностями, и право на свободу высказывания исключением не является. Хотите высказываться? Учитесь делать это грамотно.

Обвините меня в высокомерии, давайте. Мы с профессором Преображенским вас внимательно выслушаем. Приведите мне хоть одну причину, по которой я должен вдруг забыть о труде, проделанном мной, чтобы овладеть правилами русской пунктуации. (Англоязычный мир, кстати, позаботился об этой проблеме загодя, и с незапамятных времен правило, регламентирующее расстановку знаков препинания, звучит так: «Ставь запятую только там, где без нее предложение утрачивает смысл». Согласитесь, это очень удобно, но мы, русскоговорящие, всегда презирали удобства. Нам бы шашку, да коня, да на линию огня, если вы помните эту цитату.)

Образование — это именно труд, и тяжелый к тому же, иначе мир был бы полон блестяще образованных альф из романа Хаксли, но что-то мне, при всех стараниях, все равно в глаза лезут морлоки из другого романа, уже Уэллса. Никто не совершенен, и я не брошу камня первым, поскольку сам бываю хорош, но имейте в виду: я внимательно слежу за тем, что мне пишут, и корректирую свои ошибки, если кто-то поймает меня на горячем дважды, — позор мне, как человеку, претендующему на какое-то мнение.

Я ничего не имею против сленга. Я даже понимаю феню, в некотором приближении, и, как любой повзрослевший мальчик из интеллигентной семьи, стремящийся казаться круче, могу иногда брызнуть этой феней, из чистого пижонства. Но никогда я не стану даже формально «колотить себе чужих мастей», простите за выражение. Что феня, что сленг имеют свое четкое назначение — отгородить его носителя от других членов общества, создать конгломерацию, доступ в которую еще следует заслужить. Или отсиди свое, или будь моложе 25 — каковы там формальные условия для тех, кто хочет с полным правом употреблять выражения «сукой буду» или «зашквар»?

Что ж, я в эти сообщества не стремлюсь, мне в них делать нечего. У меня свое сообщество — тех, кто умеет правильно употреблять «-тся/-ться» и под страхом смертной казни не напишет: «А я, такой, ему и говорю». Клан книжных червей, которых учили осторожно обращаться с прилагательными «хороший» и «плохой», поскольку русский язык слишком для этого богат. И попробуйте только заикнуться о том, что моя банда хуже вашей!

3-d0b3d180d0b0d0bcd0b0d180-d0bdd0b0d186d0b8-9118179

Он называется «великий и могучий», и у него есть свои правила, четкие и ясные. Не надо лезть сюда, прикрываясь глупостями вроде «язык живет своей жизнью» и «недавно еще правильно было писать „итти“ и „танцовать“», — нет, так не пойдет. Сперва обоснуйте ваши претензии на правоту, и документально. В том же 1956 году изменения в орфографию и пунктуацию были внесены официально, на уровне Академии наук и Министерства образования, но вы не новатор, а просто малограмотный.

Бог с ними, с этими «кофе» и «виски», которые у вас упорно ползут в средний род, что с вами ни делай, — но запятую перед и после «будьте добры», будьте добры, поставьте. И перечитайте свой торопливый комментарий, прежде чем его постить: много времени на это не уйдет, а лицо сохраните. А может, и передумаете вовсе, что в большинстве случаев человечеству только во благо.

Да, и еще: если вам не делают замечаний, то не оттого, что вы какое-то исключение, а оттого, что вас окружают деликатные люди, избегающие конфликтов. Я — их рупор. И как рупор, заявляю: избегаем-избегаем, но есть и границы, которые не стоит пересекать. Так что давайте, охолоните с вашими «наци». Я нарекаю себя «граммар-гангстером». Отныне я — вербальный ковбой, как бы вам ни хотелось над этим посмеятся. Тьфу, посмеяться.